Одна из тех его давних удачных операций: он, задействовав французских партизан, сумел нарушить планы гитлеровцев, пытавшихся при отступлении взорвать крупную электростанцию во Франции. За что и был награждён орденом.
Другая, ещё более дерзкая операция. После свержения Муссолини в сентябре 1943-го Оболенский высадился на Сардинию, средиземноморский остров меж Сицилией и Корсикой, с отрядом всего лишь из… трёх человек. Там сумел наладить контакт с итальянским генералом Антонио Бассо, главнокомандующим войсками на острове – ста тридцатью тысячами бойцов. Сергей Оболенский передал итальянцу – Антонио Бассо являлся ещё гражданским комиссаром на Сардинии – послания от Дуайта Эйзенхауэра (тогда – генерала американской армии, а в будущем – президента США), итальянского короля, и склонил Бассо перейти на сторону союзников. Операция по освобождению Сардинии считалась образцовой.
Князь Оболенский гордился и своим негласным титулом – «самого возрастного парашютиста в США».
Ну а оставленная жена князя-супермена продолжила в одиночку сражаться с жизненными невзгодами. Катя-младшая не пала духом, всеми силами пытаясь выкарабкаться из разверзшейся перед ней финансовой пропастью. Вот курьёз судьбы – былая соперница, красавица-певица Кавальери, будто обратилась её наставницей. Более того – спасительницей! Ведь уроки пения Екатерина, тогда ещё княгиня Барятинская, стала брать, когда вступила в борьбу с оперной дивой за сердце мужа Александра.
Однако концерты не спасли Екатерину Александровну от разорения и нищеты. Она окончательно перебралась в Англию, где на остаток средств приобрела небольшой особняк в графстве Хэмпшир на острове Хэйлинг, что у южного побережья Англии, к востоку от Портсмута. Да и врачи настоятельно советовали ей морской климат для укрепления здоровья.
Жила скромно, вдали от светской суеты. Лишь единожды, в ноябре 1934-го, княгиню пригласили в Лондон, в Вестминстерское аббатство, на придворное торжество: венчание принцессы Марины Греческой и Датской, её внучатой племянницы, с принцем Джорджем, герцогом Кентским.
В следующем году известный политик-консерватор Генри Ченнон решил нанести визит Екатерине Александровне. Британского политика поразила убогость обстановки и то, что жила бывшая Светлейшая княжна на «ужасной вилле под названием „Гавань“…; недалеко море, мир, бедность и пекинес!» Заметив, что это всё, «что осталось ей от её романовского величия».
Впрочем, море (в жизни княгини были Чёрное, Средиземное, Северное моря, – точнее, несущий воды Северного моря пролив Ла-Манш) и верный пёсик-пекинес, – не так уж и мало. А что ещё нужно для тихого бытия в старости?! И для отрадных сердцу воспоминаний…
С бедностью же помогала бороться… английская королева. Жила княгиня благодаря пособию от неё, Марии Текской, супруги короля Георга V. Королева Мария Текская – мать английских монархов Эдуарда VIII и Георга VI, бабушка недавно почившей Елизаветы II. Королева Мария поддерживала августейшего мужа, кузена последнего русского императора, в годы Первой мировой войны. В 1936-м, овдовев, стала именоваться королевой-матерью.
Затем всячески помогала своему второму сыну, королю Георгу VI, но ей, увы, предстояло пережить и его…
Перед кончиной старая королева тревожилась, что из-за её смерти… перенесут коронацию любимой внучки Елизаветы. О Марии писали, что «она выше политики, великолепная, с чувством юмора, мирская, и в то же время возвышенная… но всё же Великая Королева!»
Так что после смерти своей коронованной благодетельницы в марте 1953 года Екатерина Александровна осталась без средств – ей пришлось продать всё имущество и переселиться в дом престарелых, что на том же острове Хэйлинг.
Декабрьский день 1959 года стал последним в судьбе Екатерины Александровны, носившей звучные княжеские титулы: Юрьевской, Барятинской, Оболенской. Её жизнь, имевшая прекрасное начало в роскошных царских покоях, печально завершилась в доме престарелых – унылой английской богадельне…
Земной путь царской дочери: от яркого южного Крыма до северного и безрадостного Хэйлинга…
