Итак, Швейцария, красивейшая страна, странным образом сопряжена с именем Пушкина, никогда в ней не бывавшего. Уже другой поэт, Борис Пастернак, мечтал в двадцатом столетии: «Забраться бы в Швейцарию, в глушь лесного кантона. Мир и ясность над озером, небо и горы, и звучный всему вторящий, настороженный воздух».
Исторические параллели: ровно за пятьсот лет до рождения русского гения в благословенной памяти 1499-м, маленькая Швейцария стала независимой.
А в самый год появления на свет младенца Александра Пушкина в Швейцарских Альпах разыгрались военные баталии, имевшие судьбоносное значение и для России, и для всей Европы.
Русский император Павел I взял под свою защиту маленькое государство, торжественно провозгласив: «Мои войска идут в Швейцарию, чтобы защитить благополучие её обитателей и вернуть им прежнее правление». В августе 1799-го армия Корсакова – двадцать пять тысяч русских солдат и казаков – победоносно вошла в Цюрих, оставив и по сей день память о тех горячих днях в названиях цюрихских улиц.
1799 год отмечен в истории героическим переходом русской армии, ведомой через альпийские вершины Александром Суворовым. Любопытная деталь: будущий генералиссимус нашёл в горах череп боевого слона, одного из тех, на коем совершал свой поход на Рим полководец древности Ганнибал. А ведь слон – тотемный символ прадеда поэта, выводившего своё родословие от «грозы Рима», слон – в фамильном гербе Абрама Ганнибала! Некогда именно темнокожий прадед Пушкина сыграл особую роль в судьбе полководца, уговорив своего приятеля Василия Суворова, отца юного Александра, не чинить сыну препятствий в выборе им военной стези.
Не символично ли, что в Швейцарию одному из участников славного суворовского похода, прапорщику Астраханского гренадерского полка Александру Юрьевичу Пушкину, пришла из Москвы весть о рождении младенца, наречённого в его честь, – будущего поэта?!
Сердце Европы, маленькая Швейцария, исправно отсчитывает вот уже шестое столетие с точностью великолепного часового механизма. За истекшие века снискавшая славу страны самых дорогих часов, элитного сыра и шоколада. И ещё – самой живописной в мире – своеобразного эталона земной красоты.
…Не раз любовался поэт идиллическим швейцарским пейзажем, гравированным на циферблате золотых карманных часов, что были подарены ему на празднике в Павловске в июне 1816 года. Награда предназначалась юному дарованию, лицеисту Александру Пушкину, за стихи, сочинённые им по случаю торжества – свадьбы принца Оранского, будущего короля Нидерландов, с великой княжной Анной Павловной.
Знакомый поэта, Сергей Комовский, бывший лицеист, свидетельствовал в мемуарах, что поэт «удостоился получить от блаженныя памяти Государыни Императрицы Марии Фёдоровны золотые с цепочкою часы при всемилостивейшем отзыве». Но Пушкин не был бы Пушкиным, если бы подобострастно принял от вдовствующей царицы столь дорогой подарок. И, по рассказам, юный поэт то ли в ярости, то ли в расстройстве (ведь согрешил – написал стихи на заказ!) наступил на подаренные часы – «разбил нарочно об каблук». Видно, сделаны они были на совесть, что ещё раз доказывает их истинное швейцарское происхождение, так как впоследствии часы исправно служили Александру Сергеевичу.
Эти же золотые часы работы всемирно известных швейцарских мастеров отсчитали и последние мгновения бытия русского гения: невесомые стрелки замерли на отметке 2 часа 45 минут пополудни 29 января 1837 года.
Наталия Николаевна подарила часы (надо полагать, ей нелегко было расстаться с семейной реликвией) на память о Пушкине Василию Жуковскому – именно он, один из самых близких друзей поэта, и остановил их в то скорбное мгновение…
Пройдёт не столь много времени, и пушкинским часам суждено будет совершить путешествие в Швейцарию и Германию с новым владельцем. Потом они окажутся у Гоголя – он чуть ли не на коленях выпросил их у Жуковского, после кончины писателя перейдут к его младшей сестре Ольге Васильевне, от неё – к любимому племяннику Николаю Быкову, сыну Елизаветы Васильевны. И когда тот женится на Марии Пушкиной, внучке поэта (венчались влюблённые в подмосковной Лопасне, а затем обосновались в Васильевке, родовой гоголевской усадьбе), часы станут общим семейным достоянием.
Мария Александровна в смутные годы Гражданской, когда власть на Украине менялась с неимоверной быстротой, отдала их на хранение, в числе других фамильных раритетов, в краеведческий музей Полтавы.
