Судьба подарила графу фон Меренбергу ещё десять лет жизни, сделав свидетелем Второй мировой, поражения Германии и начала её возрождения. Вне сомнений, одной из последних его земных радостей стала внучка, маленькая Клотильда, не только унаследовавшая пушкинские черты, но, в отличие от дедушки, изучившая русский язык.
Граф Георг фон Меренберг умер в мае 1948-го и стал последним, кто упокоился в фамильном некрополе герцогов Нассау в родном ему Висбадене, «под небом Шиллера и Гёте».
Как она прекрасна!
Немецкий Висбаден – поистине город «с пушкинской кровью». Его название единственный раз промелькнёт в переписке поэта: знакомец Пушкина и поклонник московской барышни Лизоньки Ушаковой пишет о желании ехать «на висбаденские воды», чего «настоятельно требует» его пошатнувшееся из-за любовных перипетий здоровье. Те же благие советы доктора обращали ранее к герою пушкинского романа:
Целебные горячие источники и принесли Висбадену славу курорта, и многие страждущие находили удовольствие лечиться здесь, наслаждаясь великолепными видами, мягким климатом Рейнской долины и проводя в приятной праздности дни. В Висбаден на воды съезжались аристократические европейские семейства, позднее «Северную Ниццу» стали осваивать и русские.
Вот о карлсбадских водах, более известных в России, Пушкин знал и шутя напутствовал приятеля, отбывавшего в Карлсбад (ныне – чешские Карловы Вары):
Но именно Висбадену, где никогда не бывал поэт, судьба определит стать хранителем его памяти: в летопись города с двухтысячелетней историей, форпоста Римской империи, вписана «пушкинская глава».
Не дано было знать поэту, что Висбаден, город земли Гессен, станет родиной его внукам и правнукам. Как и то, что имя одной из героинь (в пьесе «Сцены из рыцарских времен» – красавица Клотильда) будет носить его далёкая наследница.
Граф, я рада, что имею честь принимать вас у себя…
Как она прекрасна!
Клотильда фон Ринтелен – современная немка, с деятельным напористым характером. Она моложава, остроумна и энергична. Любит, когда её называют на русский манер – Клотильдой Георгиевной.
Судьба с самого рождения заготовила ей необычную будущность. И эта необычность – в её исторических предках. Гены московских и новгородских бояр, немецких герцогов, эфиопских князей и российских монархов соединились в её родословии самым невероятным образом. В Клотильде фон Ринтелен, праправнучке Пушкина и правнучке Александра II, течёт кровь далёкой прапра… бабушки фрау фон Альбедиль, принадлежавшей к старинному немецкому роду, и её дочери Христины фон Шеберг, ставшей супругой «царского арапа» Абрама Ганнибала. И августейшей особы – немецкой принцессы Анхальт-Цербстской Софии-Фредерики-Августы, на русском троне – Екатерины Великой.
И как тут не вспомнить о «Медной бабушке», статуе императрицы, некогда данной Наталии Гончаровой в приданое и ставшей причиной многих забот и треволнений для Пушкина. Русскую самодержицу поэт именовал благодетельницей гончаровского семейства. Да и в судьбе родного деда поэта, флотского капитана Осипа Ганнибала, Екатерина II принимала живейшее участие.
Много позже, в самом начале Великой Отечественной, немецкая трофейная команда вывезла статую Екатерины Великой из оккупированного Днепродзержинска, бывшего Екатеринослава, в Германию. И там следы «Медной бабушки» затерялись. Где она ныне, бог весть… Правда, нашлись свидетельства, что в годы Второй мировой бронзовую статую якобы переплавили в Германии для нужд подводного флота. «Медная бабушка» стала грозной немецкой субмариной?! Возможно ли? Невероятные исторические парадоксы, столь любимые поэтом!
Немецкая ветвь пушкинского фамильного древа из века восемнадцатого протянулась в двадцать первый, на свою историческую прародину, к берегам Рейна. Да там и укоренилась.
