В носу защипало. Зоя давно смирилась со своей потерей, но не переставала любить, и эта любовь сейчас ожила и зазвучала во весь голос. Саша представила своего двойника, который жил в двухкомнатной квартире на третьем этаже хрущевки на улице Кирова. Может быть, у этой девушки все было хорошо. Может быть, отец не развелся с матерью и не уехал в Рязань, может быть, Артем ее не бросил…
– Будьте осторожны, – с искренним теплом сказала Зоя. – Денис не хочет вам зла. Но он не может противостоять своей природе. Это как с драконами – они не могут сопротивляться зову золота.
– Он дракон? – спросила Саша. Ощущение падения в карамель вернулось, мазнуло по лицу, и она почувствовала, что краснеет.
– Когда ребенок умирает в родах, а потом оживает, то он становится таким, как Денис, – уклончиво ответила Зоя, и Саша даже удивилась: как можно что-то объяснять вот так, ничего не объясняя. – Не пейте больше его кровь, Саша, как бы он ни настаивал. И если найдете способ вернуться домой – возвращайтесь.
Саша кивнула и хотела было сказать, что с двойником Зоиной дочери в ее мире все хорошо, – но хлопнула дверь, Денис вышел из комнаты, и Саша промолчала.
Чтобы расслоить пространство, ему потребовалось заклинание и легкое движение пальцами. Из прорехи, возникшей в воздухе, повеяло прохладой, и Денис шагнул во тьму, которая распахнулась перед ним.
Это был ледяной мертвый мир, но здесь Денис мог опомниться и прийти в себя. Он нашел проход в ранней юности, когда окончательно понял, кем является, – и эта туманная тьма сумела приглушить его тоску и боль.
Он долго шел сквозь серый сумрак по туннелю, пробитому в горе. Все его собратья по магическому дару приходили сюда, все они, великие Подземные короли, находили здесь успокоение. Денис много раз бывал в этом месте, и туннель никогда никуда не выводил. Просто была червоточина, которую проложило неведомое существо в толще скалы, просто были холод и туман, и золото в портупее наполнялось свечением, пытаясь принести сюда хоть немного света.
Он ведь почти поглотил Сашу. Почти впитал в себя, присвоил, сделал своей навсегда.
Зоя все сделала правильно, она спасла их обоих, но в эти тяжелые длинные минуты во тьме Денис почти ненавидел ее. Он знал, что потом ему будет стыдно за эти мысли, но ненависть никак не иссякала – пульсировала, выбиваясь невидимым ручьем у него из груди.
Он испытывал мучительный голод древнего чудовища, у которого отобрали добычу, – такой давящий и безжалостный, что сознание помрачалось. Гвозди в портупее, к которым он почти привык, сейчас отяжелели, грубо впиваясь в плоть: золото пыталось удержать ту мощь, которая хотела освободиться.
Денис понимал: если бы он впитал Сашу, то на этом все и кончилось бы. Он все прекрасно понимал, но от этого не становилось легче. Перед глазами невольно вставала картинка: пустая комната, в которой Саша провела ночь, перевернутая и разбитая мебель, пятна крови на полу, рыжие волоски, прилипшие к ламинату… Да, тогда уже никто не отнял бы у Дениса его чудесную находку, вот только вряд ли он смог бы спокойно жить дальше.
«Что, если можно пойти с ней в ее мир? – подумал Денис. Идти дальше не хотелось: он опустился на ледяной пол туннеля, и гвозди перестали ворочаться в портупее. – Мир без магии, где я наконец-то смогу снять с себя эту дрянь? Целый мир для одного меня…»
Он едва не рассмеялся. Мысль казалась очень заманчивой, она сулила освобождение. Сумрак клубился вокруг Дениса серыми комьями тумана – вот из них проступили призрачные богатыри, которые когда-то шли этой дорогой, вот к ним вышел истинный хозяин этого места, и от отважных воинов остались лишь кости в смятом металле их доспехов.
Рыцарь, который поднимается против дракона, всегда должен умереть. Он один среди врагов, и уйти ему некуда.
Но вот сквозь туман выступил юный герой – и его, в отличие от остальных, которые жаждали наживы и подвигов, вела любовь. И чудовище, которое привыкло иметь дело совсем с другими противниками, лишилось головы. Денис вздохнул, и туман развеялся. Воздух подземелья был прозрачен и чист, и желание кричать от ярости постепенно покинуло Дениса.
Он смог опомниться, он окончательно взял себя в руки и принял правоту Зои, которая лишила дракона его добычи. Денис никогда еще не пытался присвоить кого-то вот так, навсегда, – так, как ему велела его суть, – и теперь ему было не по себе. Очень сильно не по себе.
«Я едва не разорвал на шмотья свое будущее», – повторил он. Что, интересно, скажет Саша, когда он решит отправиться с ней в ее мир? Испугает это ее или обрадует? Впрочем, с чего бы ей радоваться…
Сможет ли он вообще туда пройти с той магией, которая его переполняет? Или вылетит оттуда, как вылетела Саша из горящего березового окна?
