Тогда Ирина, не желавшая сдаваться, организовала расформирование и высылку непослушных войск на арабский фронт, заменив их верными частями из Вифинии. Чтобы избежать тягостной зависимости от преданных свекру сановников и армии, она стала опираться на мощную монастырскую группировку в той же Вифинии, состоявшую из старой константинопольской аристократии, которая избегала столицы и превратила вифинскую гору
Впервые решения Иерийского собора 754 г. удалось осудить, и первый период иконоборства, продлившийся долгие шестьдесят лет, закончился. Новый синод предложил полноценное богословское обоснование (орос) для ранее не упорядоченных практик. Прорывом стало разделение на «служебное» и «относительное» поклонение: первое полагалось только Богу, второе — «образу, который восходит к первообразу». Это были слова Василия Великого, ставшие настоящим девизом иконопочитателей. Кроме того, была предложена теория омонимии — с греческого «единоименности», снимавшая проблему портретного сходства изображения и изображаемого: икона Христа признавалась такой не благодаря сходству черт, а благодаря написанию имени — акту называния. Согласно канонам, принятым примерно 350 участниками Второго Никейского собора, включая беспрецедентное число монахов (131 человек), чествование, почитание икон следовало относить не к веществу икон, не к пресловутым дереву и краскам, а к высшему, святому первообразу тех, кто изображен на них, и, следовательно, оно не имело ничего общего с служебным поклонением, предназначенным лишь Богу. К иконам нельзя было относится как к божествам, они не признавались предметом ритуального почтения, поклонения-проскиниса, но христианам вновь разрешалось служить им (латрия), целовать, зажигать перед ними свечи и молиться. Ссыльным монахам дозволялось вернуться в монастыри. Пресвятая Богородица вновь была принята в качестве безусловного предмета почитания. Иконоборские сочинения подлежали уничтожению, а бывшие иконоборцы, после отречения от своей ереси, принимались в церковное общение.
На Соборе, легализовавшем иконы, как и полагалось, формально председательствовал 15-летний Константин VI, жертва будущей борьбы с матерью за власть. Ее интриги против сына завершатся в 797 г. редкостным злодеянием — ослеплением молодого императора в той самой Порфировой палате Дворца, где он появился на свет. Более того, предательски схваченного василевса лишили зрения особо жестоким способом, — так, чтобы у него не осталось шансов выжить, и в итоге он вскоре умер в ссылке на руках горячо любившей его жены, Феодоты. Маленькая дочка царя, Ефросинья, была заточена на отрезанном от мира острове Принкипо в Мраморном море. Набожность не пересилит в Ирине неженскую свирепость и жажду власти любой ценой. Она окажется куда более ужасным человеком, чем зачинатель иконоборства Лев III, и войдет в историю как василевс, облагодетельствовавший Церковь, и как бесчеловечный, бездушный, в целом неудачный политик, погрязший в интригах своих советников-евнухов. Кроме наведения порядка в центральной Греции, Пелопоннесе и укрепления христианизации, церковной и военной организации этих регионов, ей не удалось свершить достойных дел. Она не уделяла должного внимания границам, армии и в погоне за симпатией переставшего уважать ее столичного населения, в погоне за все более слабеющей популярностью, уменьшила высокие налоги с горожан и таможенные пошлины, что привело к жесточайшему финансовому кризису.
