Боб Уиллоби, фотограф Премингера, вспоминает, что тогда у Джин Сиберг были длинные волосы и веснушки на лице. После фотосессии он пригласил ее на обед в ресторан «Потиньер», где Джин благодаря ему научилась очищать и есть артишоки, потом на спектакль танцовщицы Марты Грехэм. После спектакля он преподнес девушке букет фиалок и проводил ее до гостиницы.
© François Moreuil.
С этим самым букетом на следующий день Джин появилась в студии «Фокс Муви-Тоун». Там все уже знали, что у Отто Премингера слабость к «девочке из Маршаллтауна». Прослушав ее домашние заготовки, режиссер предложил Джин перед вторым этапом проб сделать короткую стрижку — без длинных белокурых прядей ее лицо приобрело новую выразительность и изящество андрогина. Теперь она была особенно похожа на героиню Бернарда Шоу. Премингер вновь и вновь заставлял ее переигрывать всё те же сцены и повторять одни и те же реплики, выдавая безжалостные комментарии. Он легко впадал в гнев, и тогда его невозможно было успокоить. Стоило Джин остановиться, как Премингер кричал: «Еще раз!» Пробы тринадцатиминутной сцены продолжались несколько часов. В конце концов Джин не выдержала и в рыданиях бессильно опустилась на пол. «Ну и что? Что случилось? Силенок не хватает продолжать?» — саркастически поинтересовался режиссер, словно желая ее добить. Джин попыталась встать, но не смогла и только начала конвульсивно содрогаться. Тогда Премингер подошел к ней, обнял и заверил, что она отлично сыграла.
На следующий день, просмотрев пробы трех финалисток, он отвел Джин в сторону и сообщил, что она победила, но просил пока никому об этом не рассказывать, потому что имя исполнительницы главной роли планировалось объявить в популярной телепередаче «Шоу Эда Салливана». Кстати, в этом же шоу, в феврале 1959 года, дебютировал и скрипач Ицхак Перельман. Заставить супругов Сиберг присутствовать на церемонии объявления результатов стоило немалого труда. Кто останется в магазине? Кто присмотрит за детьми Мэри-Энн, Крутом и Дэвидом?
В назначенный день Премингер представил аудитории Джин Сиберг, а потом в студию вошел Ричард Уидмарк, исполнитель роли дофина Карла VII. На «Шоу Эда Салливана» Джин пришлось еще раз отыграть отрепетированные сцены из пьесы Бернарда Шоу перед 60 миллионами телезрителей. Спустя несколько дней Премингер отвез девушку, которую вся Америка называла «новой Золушкой», в Бостон к дерматологу, чтобы вывести веснушки. Когда Джин в ноябре возвращалась домой к родителям, в аэропорту Де-Муан ее уже ждали десятки фотографов. Вместе с родителями ее провезли по городу на заднем сиденье «Кадиллака» с откидным верхом. Маршаллтаун встречал кортеж парадом девушек в военной форме, звуками фанфар и плакатом с надписью:
Отто Премингер подписал с Джин Сиберг контракт на семь лет, согласно которому в первый год ей будут платить 250 долларов в неделю, причем все расходы берет на себя продюсер. На следующий год Джин будет получать уже 400 долларов, но только в течение десяти месяцев, а на третий год сумма гонорара достигнет 2500 долларов. Для Эдварда Сиберга это были огромные деньги; он решил выдавать дочери по 25 долларов в неделю, а остальное положить в банк.
Тринадцатого ноября Джин уехала в Лондон: скоро должны были начаться съемки. В чемодане у нее лежали Библия и атласная мышка — талисман, который ей подарил дедушка по материнской линии.
Останавливая свой выбор на Джин, Премингер был убежден в своей правоте: у нее не было ни актерского опыта, ни хорошего наставника, но режиссер надеялся, что эта сценическая невинность на фоне отточенного мастерства знаменитых выдающихся английских актеров, с которыми она будет играть на одной площадке, придаст главной героине большую убедительность. Кроме того, он полагал, что Джин легко воплотит в жизнь его героиню. На его взгляд, этого не произошло. Несколько лет спустя, просматривая фильм, он только вздохнул: «Я допустил большую ошибку. И мне некого в этом винить, кроме самого себя».
На три месяца Отто Премингер забронировал для Джин Сиберг номер-люкс в отеле «Дорчестер». Он следил, чтобы она вела уединенную жизнь, во всяком случае чтобы не выходила из-под его строгого контроля. А когда наступит подходящий момент, он обещал представить молодую актрису британской прессе.
