Слухи о предполагаемом разводе Гари и об аморальном поведении Джин, жившей с женатым мужчиной, достигли Маршаллтауна, к страшному неудовольствию ее родителей. В газете «Де-Мойн» появилась статья некоего профессора социологии, который возмущался поведением актрисы, противоречившим нравственным представлениям Среднего Запада.
Однажды, приехав в Маршаллтаун, Джин пришлось оправдываться в местной газете, и чтобы продемонстрировать, что она не сошла с пути истинного, она со всей скромностью отправилась вместе с родителями на воскресную службу. Также Джин прошлась по местным магазинчикам и купила несколько весьма невыразительных нарядов — она, обычно одевавшаяся у Диора и Живанши; навестила своего бывшего преподавателя драматического искусства и нанесла визит вежливости директору школы, в которой когда-то училась.
Отец упрекал Джин в том, что она живет с мужчиной его возраста, который к тому же является законным мужем женщины старше его на одиннадцать лет. Гари, со своей стороны, хотя и был убежден, что рано или поздно Джин его оставит, уже смирился с мыслью, что ему придется на ней жениться. У нее был оригинальный способ убеждать.
Однажды декабрьским вечером 1961 года в Сен-Поль-де-Ванс, где они гостили у Роже Ажида, Джин вдруг решила, что Ромен никогда на ней не женится, несмотря на то что она должна родить ему ребенка, — Лесли не согласится на развод. Пока Ромен с аппетитом уминал шоколадный торт, оставляя в нем следы от ложки, она пошла в ванную и попыталась вскрыть себе вены. Порез получился поверхностным: на кафельный пол вытекло примерно полстакана крови. Джин, испугавшись, стала звать на помощь: «Скорей, я умираю, я вскрыла себе вены». Ромену стало плохо. В это время Роже звонил доктору Розанову{530}, который тут же приехал перевязать рану и успокоить Джин. Инцидент благополучно завершился в «Лулу» — дорогом ресторане на берегу моря. Но Ромен воспринял попытку самоубийства Джин всерьез. Он писал Рене Ажиду из Рокбрюна, что его мучают приступы панического страха и клаустрофобии.
Лесли признавалась Элен Опно, что скорее предпочтет быть вдовой Гари, чем его бывшей женой. Но Ромен предпринял последнюю попытку выбить у нее согласие на развод: он сказал, что ему предстоит операция диафрагмальной грыжи, а кроме того, он должен лечиться от почечной и кишечной инфекции. Перед тем как лечь в клинику, он пообещал составить завещание, по которому не оставит ей почти ничего, насколько это возможно по закону. Элен Опно записала в своем дневнике 12 апреля 1961 года, что Ромен уверял Лесли: если он благополучно перенесет операцию, то застрелится, оставив записку, в которой обвинит ее в своей смерти.
Однако его внимания требовали и другие срочные дела. Скоро всем станет заметно, что Джин беременна. Как избавить ее от любопытных взглядов тех, кто следит за их личной жизнью? Выход нашла Евгения: она предложила снять дом в Ситхесе, под Барселоной. Было решено, что Джин с Роменом пробудут там до рождения ребенка.
По пути в Испанию они остановились в Тулузе у Рене и Сильвии, которая наблюдала за поведением Джин и слушала рассуждения Ромена, смирившегося с необходимостью вновь жениться. Он был очень привязан к Джин и не бросит ее даже тогда, когда у нее будет депрессия, хотя к тому времени они давно уже будут в разводе и у него не останется перед ней никаких обязательств.
Несколько недель они прожили в Ситхесе, а потом всё же решили перебраться в Барселону, в четырехкомнатную квартиру с террасой на улице Каллас, 31, принадлежавшую Евгении. Скоро Ромен будет вынужден разрываться между Барселоной и Парижем.
Через некоторое время Ромен Гари отправился в Канны. Робер Фавр Лебре пригласил его быть членом жюри Каннского фестиваля наряду с Эрнстом Крюгером, Франсуа Трюффо, Анри Дойчмайстером, Жаном Дютуром, Ежи Кавалеровичем, Марио Солдата, Милом Феррером, Софи Демаре, Юлием Райзманом; председателем жюри был выбран Тецуро Фурукаки{531}. В бульварных газетах писали, что Гари с шести утра каждый день работает над новым романом или о пуританизме, или о Таити. И действительно, он как раз писал начальные главы «Повинной головы», где действие по сюжету разворачивается на одном из райских островов Тихого океана.
Пока Ромен смотрел фильмы и обедал, слушая шум прибоя, Джин, которая вскоре должна была родить, маялась от скуки в обществе Евгении. Она умирала от ревности и постоянно подозревала Ромена в измене. Вероятно, в этом она не ошибалась, но напрасно было думать, что Каннский фестиваль в этом отношении самое опасное место. Джин названивала Гари по телефону в любое время дня и ночи, чтобы убедиться, что он действительно занят работой. Она преследовала, мучила и унижала его на глазах у всех, а он только принимал независимый вид и притворялся, что его это не трогает.
