Ромм. Четвертый полностью

Ари и Ани улетели во дворец в семь утра на разъездном «Даэринэ» в сопровождении смены Бороды. Я в приказном порядке отправила Дэна досыпать, а сама заказала по терминалу ЦСД свежих фруктов, дождалась прибытия контейнера, завалилась на диван в гостиной и открыла очередное письмо из дому. В части, которую Богиня с Музой наговорили для меня, не было никаких отчетов и докладов — девочки подробно описывали состояние Лани, рассказывали о своих успехах в освоении специальностей Умника и ООС, жаловались, что страшно скучают, и делились ощущениями от личных писем Ари. А еще подшучивали надо мной — «расстраивались», что даже в командировке мне приходится «стоять в очереди к ладони Дэна», выясняли, чем таким Альери и Аннеке смогли приворожить мужа, и обещали устроить ему жуткий разнос, если он ко мне остынет.

Подначки были мягкими, теплыми и очень приятными, поэтому я то и дело расплывалась в улыбке. А вторым слоем сознания, продолжавшим работать в режиме расчетно-аналитического блока, отмечала, что королева нашла к ним подход даже без личного общения и как-то умудрилась вызвать к себе нешуточное уважение и симпатию.

Дослушав письмо, полюбовалась серией рисунков на тему «Дерек, как заботливая многодетная мать» и «Доэль в предвкушении Большой Любви», посмеялась над точностью и едким юмором образов, созданных Ланиной, и, услышав шелест открывающейся двери, нехотя свернула картинки.

— Доброе утро, Олли! Не помешала? — спросила Тайреша, замерев на пороге своей комнаты.

— Нет, конечно! — успокоила ее я, мысленно отметив, что вчерашнее наблюдение за отношениями внутри нашей компании пошли ей впрок — она вышла наружу в одной рубашке и босиком. — Как спалось?

— Хорошо, но мало… — не став кривить душой, сообщила она и, зябко поежившись, обхватила себя руками. — А где все?

— Ари с Ани улетели во дворец, а Дэн дрыхнет и будет дрыхнуть, пока я его не подниму.

Судя по вспышке эмоций, пробившихся через очень неплохой «щит», последнее сообщение ее явно порадовало — она решительно прошла через всю комнату, прижала подол рубашки к задней поверхности бедер и опустилась в соседнее кресло. Сев ровненько, как на каком-нибудь приеме.

— Риша, в этом доме образы не нужны… — напомнила я. — Так что перебирайся ко мне на диван, ложись напротив и рассказывай, что тебя беспокоит.

Принцесса поколебалась, затем последовала моему совету, кинула к противоположному подлокотнику пару подушек и устроилась поудобнее:

— Я почти до рассвета изучала материалы, которые кинула мне мама. Прошлогодний переворот в Эррате, спецоперацию президента ССНА, судебный процесс, его результаты и так далее. Материалы там далеко не все, ваши досье тоже основательно порезаны, но даже так они вызвали во мне странные ощущения!

— Озвучивай.

— На мой взгляд, операция была спланирована идеально — с великолепной проработкой всех вероятных вариантов развития ситуации, многократным превышением необходимых ресурсов, подстраховками, изначально заложенной возможностью маневра и так далее. Говоря иными словами, на момент начала мятежа вероятность неудачного исхода была исчезающе мала. Более того, даже тогда, когда в ход операции вмешалась Егоза, эта вероятность продолжала оставаться близкой к нулю.

— А потом появился Дэн, и все посыпалось? — понимающе усмехнулась я.

— Угу: цепочка совершенно невозможных случайностей — и…

— Это были не случайности! — перебила ее я. — Давай-ка я покажу тебе одну очень интересную запись, и ты поймешь, на что Баффет напоролся на самом деле.

Запись разговора, во время которого Лани выпытывала из Ромма все учтенные им вероятности и строила картинку его многоступенчатых подстраховок, принцесса смотрела с таким же изумлением в глазах и эмоциях, как и я в тот день, когда мне ее показала Богиня. А когда ролик завершился, прикрыла глаза, несколько минут анализировала все то, что увидела, и задумчиво пробормотала:

— Теперь картина выглядит совсем по-другому!

— Риша, ты делаешь ту же ошибку, которую когда-то сделали мы с Рраг: смотришь на пустое место на левой груди Дэниела, видишь в нем здоровенного дикаря и подсознательно считаешь его посредственностью! На самом деле это не так — двадцать семь лет жизни в клане, большая часть деятельности которого незаконна, очень высокий базовый коэффициент интеллекта и умение добиваться поставленной цели с невероятной эффективностью превратили его в Элиту с двумя запредельно развитыми гранями…

Рассказывать про третью, а также умение пробуждать ее в своих женщинах, я не стала — говорить об этом ей почему-то не хотелось. Да и не ей — тоже:

— И я сейчас нисколько не преувеличиваю: вспомни, как к нему относятся твоя мать и Аннеке, сравни меня-сегодняшнюю со мной-прошлогодней, а если не хватит и этого, подожди до полудня и посмотри, во что он превратил Рраг — и ты сразу поймешь, что твои ощущения ошибочны!