Следующие часа полтора я выворачивал перед подругой душу точно так же, как она выворачивала свою передо мной во время ночной исповеди. Показывал записи своих триумфов и разочарований, достижения и провалы, радости и обиды. Не скрыл даже ту безобразную истерику, после которой не разговаривал с мамой больше года. И чувствовал, что меня отпускает! Мало того, я перестал видеть в этой тэххерке старшую, ровесницу или девушку младше себя — она просто стала неотъемлемой частью моей души. Как бы высокопарно это ни звучало со стороны.
Когда выговорился, вместо ожидаемого опустошения ощутил легкость, абсолютно без участия разума перевернул женщину на спину, благодарно поцеловал в уголок глаза и приобнял:
— Так жалко, что ты не можешь заглянуть за мое «зеркало»: большей эмоциональной близости я не чувствовал никогда в жизни.
Она промолчала. Зато сползла пониже, положила голову мне на грудь и целую вечность слушала, как бьется сердце…
…Из спальни мы выбрались слегка одуревшими, очередной раз шокировали всех, кого встретили на пути к кабинету, выражением лиц и заперлись в нем еще на некоторое время. А ровно в восемь, как и планировалось, я засобирался домой.
Ари проводила меня до двери, невесть в который раз за вечер поблагодарила за подарок, а в момент открывания двери «договорила прощальное напутствие»:
— …и не опаздывай, а то без тебя я чувствую себя на редкость одиноко!
— Не опоздаю! — пообещал я, вышел в коридор и двинулся туда, куда вел «Поводырь». А так как лимузин нашелся в ближайшем ангаре, уже минут через шесть-семь забрался в его салон, включил автопилот, задал курс на особняк и завалился в ближайшее кресло. Увы, не расслабляться, а работать — разгребать те завалы информации, которые накидала в «Тень» двужильная Аннеке за то время, пока мы с Ари развлекались.
Завалы оказались приличными, поэтому по дороге я «переварил» всего процентов шестьдесят. Зато вымотался так, что из флаера вылез с гудящей головой. И толком ничего не соображая. До второго этажа добрался на автопилоте, по дороге встретил Олли и… каким-то образом оказался в ванной. Причем не
Час неги и два часа сна вернули меня в относительно нормальное состояние. А двадцатиминутная восстановительная процедура в капсуле «Бриз» основательно взбодрила. В общем, к двенадцати ночи я был свеж, вменяем и пребывал в отличнейшем настроении. Соответственно, гостей, по-очереди возникших на подоконнике из-за призрачной границы маскировочного поля «Даэринэ», встретил радушной улыбкой.
Первой, как и положено, на пол спрыгнула королева. Обняла и поцеловала меня в щеку, точно так же поздоровалась с Олли и отошла на шаг в сторону, чтобы не мешать Аннеке. Та прошла «трассу» в той же самой «технике», встала рядом с подругой и ехидно уставилась на последнюю гостью, которая стояла на подоконнике и старательно боролась с одурением.
— Дэниел Ромм, Четвертый, «Конкистадор» и мой
Гостья, справившаяся с первоначальным удивлением, удержала лицо, тут же мазнула взглядом по моей левой груди, не обнаружила там квалификационной полоски и позволила себе почти незаметно выгнуть бровь.
— Оллия Маура Ромм, одна из жен Дэниела и моя
Бровь изогнулась заметно сильнее, а во взгляде мелькнуло нешуточное удивление, так как на груди моей супруги полоски тоже не оказалось.
— Тайреша Миллика Ти’Шарли, моя старшая дочь и наследница! — закончила венценосная подруга, посмотрев на меня с легким напряжением во взгляде.
— Искренне рад познакомиться! — поклонился я тэххерке, выглядевшей копией матери, только года на два младше и заметно более серьезной. — Кстати, слышал о вас очень много хорошего.
Тайреша на мгновение прищурилась, «включила голову», несколько мгновений поколебалась и решила не строить из себя наследную принцессу:
— От Ланины Овельс?
— Ага. Она показала мне вас еще в самые первые дни нашего знакомства.
— Егоза была первой на курсе практически во всем и самой целеустремленной из сокурсниц. Теперь, когда ее нет, тянуться особо и не за кем… — скорее раздраженно, чем расстроено призналась принцесса.
— Даже не уговаривайте, все равно не верну! — ухмыльнулся я. — В стремлении к моей мечте без нее будет не так уютно.
— Дэ-эн… — дождавшись паузы, подала голос Ари. — Мы страшно проголодались. Может, продолжим общение в гостиной?
