Вскоре на Северном Кавказе создается Горская советская республика. Но там еще не решена проблема – независимые «буржуазные» республики Закавказья – Азербайджан, Армения, Грузия, 16 января 1920 года признанные Антантой дипломатически как суверенные государства. Надо сказать, что с 1918 года международная обстановка в Закавказье была очень сложной и запутанной. Вначале закавказские националисты провозгласили объединенную Закавказскую республику, но очень скоро перессорились из-за спорных территорий, причем настолько, что армяне-националисты пригласили в Нагорный Карабах для охраны там «зеленой линии» (город Шуша) большевистские войска как своеобразные «голубые каски» ООН. Кроме того, Закавказье было наводнено эмиссарами, разведчиками и даже войсками кайзеровской Германии, Англии, Турции, Персии. В конце 1918 года из игры вышли кайзеровская Германия и султанская Турция. В обеих странах произошли революции. Но если веймарской постреволюционной Германии было не до Закавказья, то младотурецкая революция генерала Мустафы Кемаль-паши (Ататюрка) в качестве военно-политического союзника избрала не этнически близкий Азербайджан, а «безбожную» Советскую Россию. Дальше все пошло по наезженному «коминтерновскому» сценарию, который будет применяться вплоть до советско-финской войны 1939—40 годов.
Произошла советизация Азербайджана. Ататюрк за благожелательный нейтралитет был признан советско-турецким договором о дружбе и братстве. Военно-политический союз с кемалистами и ослабление военной активности Антанты в черноморском регионе после бегства Врангеля из Крыма в ноябре 1920 года существенно облегчили процессы советизации Туркестана и Закавказья. 2 сентября 1920 года Фрунзе ликвидировал последнюю «царскую автономию» Туркестана – Бухарский эмират. На его месте была учреждена Бухарская народная советская республика. 2 декабря 1920 года была провозглашена советская Армения. Несколько сложнее шла советизация Грузии.
Во-первых, в ее государственном руководстве в 1918 году прочно окопались такие меньшевики, имевшие всероссийскую и международную известность, как Чхеидзе, Церетели и др. (к ним приезжал даже сам Карл Каутский). Во-вторых, меньшевистская Грузия успела с января 1920 года установить дипломатические отношения со многими Странами Антанты. С Грузинской демократической республикой в мае 1920 года Советская Россия могла только усилить дипломатические связи, но не более. Первым советским послом в Тбилиси был направлен Киров. Согласно союзному договору, на территории республики разрешалась деятельность прокоммунистических организаций. И этого было достаточно – советизация Грузии свершилась. 25 февраля 1921 года ХI армия без боя взяла Тбилиси. Большевики проявили благородство – они дали возможность правительству меньшевиков и ряду крупных банкиров и фабрикантов Грузии эмигрировать на британских военных судах.
А вот советизация Персии и «бросок на Индию» не получились.
Став полновластным хозяином положения, Сталин еще долго исповедовал интернационализм, что часто приводило к издержкам. Бессмысленным для нас было участие в войне в Испании в 1936–1938 годах. В эту войну нас втянули последователи Троцкого, мечтавшие о «пожаре мировой революции». Мы помогали вовсе не пламенным революционерам. Испанское республиканское правительство на Москву не особенно ориентировалось, допустило восстание троцкистов в Барселоне, не смогло пресечь анархии в рядах своих защитников, а потом и вовсе отказалось от нашей помощи. Троцкисты еще прочно держали в руках внешнюю политику, а Сталин еще не полностью контролировал ситуацию в стране. Главой МИДа был Максим Литвинов (Мейер Валлах), который повторял худшие образцы царской дипломатии: вовсю ссорился с Германией – нашим главным торгово-промышленным партнером, но зато изо всех сил льнул к Франции и США, от которых нам никакого проку не было. Эти страны не давали нам кредитов, зато умело стравливали с немцами. Сталин это понял и Валлаха-Литвинова спровадил в отставку – внешняя политика СССР изменилась. Мы наконец стали больше блюсти свой интерес.
