В динамике послышался треск и пощёлкивание непослушных электронов, а потом голос Койфмана произнёс:
– Скажи «друг» и входи!
Гостя он заметил при помощи камеры видеонаблюдения и особой сигнализации, на кнопку которой нажал лапой Балто.
– Amigo, – начал Вальдемар, улыбаясь. – Przyjaciel. Venn. Amicus. Freund. Draugas. Rafiki.[13]
Динамик несколько секунд молчал, потом Койфман вновь заговорил:
– Суахили… Это было сильно. Хотя от тебя я ожидал бы, скорее, синдарин.
– Не всё орку Изенгард, – пожал плечами маг. – Открывай.
– Не спеши. Отгадаешь загадку – войдёшь.
– Решил Сфинксом поработать?
– А чем ещё заняться, когда все о тебе забыли, бросили, не звонят?
– Моня, ты говоришь обидно. Я же приехал.
– Ой, я тебя умоляю, Вальд. Ты бы сто лет ещё не вспомнил обо мне, когда бы не нужда.
– Заметь, большая… – прищурился Вайс.
– Вот и будешь отвечать на мою загадку. По большой нужде.
– Ладно, – скривился маг-хранитель. – Давай уже свою загадку.
– Ну что же… Тебе, как чародею, что-нибудь попроще. Вот, скажем… Нет, это не то. А если… Тоже не годится. Вот! Ответь мне, Вальдемар, что говорил Прокруст, сын Посейдона, своему братишке Тесею, когда укладывал его на некое ложе?
– Что-то я не понял – у нас тут КВН или «Кто? Где? Зачем?».
– Ты не увиливай, отвечай!
– Ну хорошо. Предположим, Прокруст говорил своему братцу по папаше: «Размер имеет значение…»
Из домофона послышалось сдавленное хрюканье – то ли смешок, то ли подавленное в зародыше возмущение.
– Убил. Как есть убил… Заходи.
Ворота приоткрылись, Вайс шагнул в чистый и ухоженный двор. Осень, но листва убрана, дорожки выметены, многолетние цветы, где надо, подрезаны. Балто полулежал на крыше огромной будки – многие жители однокомнатной хрущёвки с радостью пошли бы на обмен жилплощади – и щурился на октябрьское солнце – ещё сильное, но уже не обжигающее. Отметив в который раз, что крыльцо отлично простреливается с двух сторон, Вальдемар потянул ручку двери. Она легко открылась. Хозяин уже спускался по ступеням – крупный, бородатый, одетый в бордовый бархатный халат и турецкие туфли с загнутыми носками.
– Ну здравствуй, Вальд! Решил-таки навестить старого больного еврея?
По мнению Вайса, Койфман изрядно привирал. Во всяком случае, ни старым, ни больным не выглядел.
– Да вот решил проведать. Мимо случайно проезжал.
– Балто расскажи! Может, поверит. Чтобы мимо меня случайно проехать, нужно обладать топографическим кретинизмом в крайней стадии.
– Сдаюсь! – Вальдемар снял шляпу, повесил её на рог изюбря. Поставил трость на подставку, где куда уместнее смотрелась бы шпага. – Есть несколько вопросов, на которые можешь ответить только ты.
– То есть опять присутствует самая гнусная эксплуатация человека человеком. Нет чтобы просто так заехать, кофе попить. Можно даже с коньячком. У меня бутылка Hennessy выдыхается.
Соломон Израилевич сделал широкий жест рукой, приглашая гостя на второй этаж в библиотеку-кабинет.
– Да я как бы не за рулём, – бодро отозвался маг-хранитель.
На втором этаже их ждали уютные кресла. На журнальном столике стояла плоская бутылка Hennessy, два бокала и коробка с сигарами.
– Я с твоего позволения трубку набью, – проговорил Вайс, усаживаясь. – Табак из довоенных запасов. Скоро кончится, и буду тогда стрелять папироски у революционно настроенных матросов.
Все четыре стены комнаты покрывали книжные полки. Там за стеклом виднелись разноцветные корешки. Коленкоровые и кожаные, картонные и бархатные. С буквами и без. Собрания сочинений всех русских и большинства зарубежных классиков. Выдающиеся фантасты двадцатого века – Иван Ефремов и Станислав Лем, Клиффорд Саймак и Александр Беляев, Рэй Брэдберри и Айзек Азимов, Артур Кларк и Урсула Ле Гуин, целых три собрания сочинений Аркадия и Бориса Стругацких. Современные авторы в широком ассортименте. Всех не перечислить. Особо выделялась «Библиотека советской фантастики» и «Библиотека приключений и научной фантастики», иначе называемая «Рамка», – Соломон Израилевич собирал её с упорством истинного коллекционера, отыскивая редкие тома и вываливая за них кругленькие суммы.
– Да кури что хочешь, – пожал плечами хозяин дома. Разлил коньяк по широким бокалам. – Объясни, пожалуйста, что у вас там произошло? По телефону было как-то сумбурно, и я не совсем понял, кто на ком стоял.
Вайс взял бокал, согрел его на ладони, поболтал напиток цвета тёмного янтаря, вдохнул тонкий аромат.
– Шикарно… А то я начал забывать вкус и запах настоящего коньяка.
– Только не надо мне рассказывать, что вы в Совете магов-хранителей не можете себе позволить нормальных напитков и давитесь самогоном.
– Фу… Как ты мог подумать? Просто у меня катастрофически не хватает времени. Ни на что. Спасибо судьбе, что позволила мне отдохнуть немного у тебя. Я это не слишком высокопарно сказал?
– Как в дешёвом дамском романе! Но ты не расстраивайся – ещё лет двадцать – и будешь писать как Достоевский.
– Какой ужас…
– Терпи.
– Я терплю.
– Вот и терпи.
– Вот и терплю.
– Ладно, терпила, что у вас там приключилось в большом мире?
