К первой годовщине освобождения Львова сцена Оперного театра также была украшена огромным портретом Сталина1873. 27 июля 1945 г. Вільна Україна опубликовала черно-белый рисунок, на котором были изображены Сталин, маршал Советского Союза Георгий Жуков [справа] и Хрущев [слева], общающиеся с людьми на пл. Рынок во Львове (ил. 208). Три советских лидера окружены счастливой и улыбающейся им толпой. Мужчина в крестьянской одежде протягивает им хлеб и соль. Маленькая девочка, лет пяти, вручает Сталину букет и прижимается к нему головой. Свою левую руку вождь положил ей на голову. Над тремя советскими лидерами развевается огромное красное знамя с гербом советской Украины. Другое знамя реет на башне ратуши. Простая чернобелая иллюстрация, украшенная двумя красными элементами, наглядно демонстрировала, кому принадлежит власть на Западной Украине по окончании Второй мировой1874.
К теме украинского радикального национализма советский пропагандистский аппарат обратился и в дни работы Нюрнбергского процесса, с трибун которого снова зазвучали имена Бандеры, Мельника и Кубийовича. На страницах печати появились требования, чтобы лидеры ОУН и другие бывшие украинские политики также предстали перед судом. Однако реальными ответчиками в Нюрнберге были только немцы. Хорватских, венгерских, литовских, румынских, словацких и украинских коллаборантов и военных преступников к ответственности не привлекали. Некоторые из них - Йон Антонеску, Йозеф Тисо и Ференц Салаши (ил. 214) - были осуждены в своих странах. Другие - Павелич, Сима и Бандера - так и не оказались на скамье подсудимых, поскольку сумели исказить или скрыть преступления, которые совершали подконтрольные им организации (возможно, для привлечения этих лиц к суду не нашлось достаточного количества доказательств, а возможно, такие доказательства были надежно защищены западными спецслужбами или попросту уничтожены)1875.
Буржуазные националисты
Бурная кампания против «украинско-немецких националистов» закончилась в начале 1947 г. Очевидно, в декабре 1946 г. советские власти осознали, что ОУН и УПА являются не только западноукраинским повстанческим движением, но и организацией, нападавшей на СССР извне, при поддержке западных спецслужб1876. Примерно с этого времени советская пропаганда стала называть ОУН и подполье УПА в Украине,
ЗЧОУН, УГВР и другие украинские националистические организации «украинскими буржуазными националистами». В отличие от предыдущей, эта кампания была направлена против «буржуазных националистов» и в ней с самого начала подчеркивалась связь между украинским национализмом и капитализмом (или капиталистическими государствами - США, Великобританией и ФРГ). Важной составляющей пропагандистской кампании, направленной против украинских геноцидных националистов, все еще оставался фашизм, но в ходе «холодной войны» главным врагом СССР стал капитализм, который, согласно советской идеологии, был видоизмененным вариантом фашизма1877.
24 января 1948 г. газета Радянська Україна опубликовала, пожалуй, самую замысловатую из известных карикатуру на украинский национализм - похороны Надії на реставрацію капіталізму на Україні (ил. 213). Рисунок наглядно демонстрирует, каким образом советская пропаганда того времени подходила к формированию желаемого образа украинского национализма. Карикатура немного сложнее для понимания, чем обычные советские шаржи того времени. Украинским националистам, изображенным в окружении западных политиков, отведены непривычные для них роли, что позволяет читателям узнать, чем украинские националистические лидеры были заняты за пределами Украины. В самом центре карикатуры расположен Бандера, представляющий собой вдову покойной политико-экономической системы (ил. 223). Широкогрудая дама одета в траурное платье с вуалью; белым носовым платком «она» вытирает огромные слезы. Слева от Бандеры - министр иностранных дел Великобритании Эрнест Бевин (ил. 215), который говорит: Не навалюйтесь, добродію Бандера. Я сам ледве на ногах стою. Спробуйте обпертись на Маршалла. Бандера - первый, кто следует за катафалком, на крыше которого сидят две вороны. Трупа, здається, нема, а падлом так і несе..., - жалуется одна птица другой.
