- Понятно. – Машинально отозвался Виталик и, не глядя на отца, повёл меня в прихожую. Одевались мы молча и торопливо, словно мысленно сговорились поскорее сбежать отсюда – атмосфера этой квартиры почти физически давила на плечи. Как же тут можно было жить?
Свежий морозный воздух на улице слегка встряхнул моё упавшее настроение, и я даже обрадовалась тому, что оказалась здесь. Возле подъезда было темно – фонарь на столбе как обычно не функционировал. Но это же, в конце концов, не Звёздный Городок, а всего лишь серая, грязная «Бахча», как называют свою Родину местные жители. Завтра будет ровно неделя, как я здесь живу. Неделя… Как удивительно…Почему же я так хорошо всё вокруг знаю? Вот этот парень, например…Кажется, я знакома с ним всю свою жизнь. Он так духовно близок мне и так понятен. Я уже понимаю, что не могу НЕ БЫТЬ с ним рядом, не могу НЕ ЛЮБИТЬ его. Мы стояли у подъезда и смотрели друг на друга потерянно и беспомощно, понимая, что пришла пора прощаться. А завтра? Что нас ждало завтра?
- Ты правда географию выучил? – Почему-то шёпотом спросила я. Виталик отрицательно качнул головой:
- Ты думаешь, я в эти дни мог думать о географии?
- Сумасшедший. Тебя же завтра спросят. Опять двойку получишь.
- Ну и что? – В голосе Виталика слышался вызов. Вызов – кому? Ну, не мне, во всяком случае.
- Как это – что? Он опять тебя побьёт. И снова из-за меня. – Сама того не замечая, я так же как Виталик назвала его отца безликим словом «он», тем самым как бы объединившись со своим парнем в патологической ненависти к этому человеку.
- Ну и что? – Опять с тем же вызовом повторил Виталик. Определённо, что-то произошло с ним после того, как появилась я. Стыдно как будто стало отца бояться и протестовать захотелось. С одной стороны, это хорошо, смело, ну а с другой…
- Зачем тебе это надо, Виталь? Лишние неприятности на свою голову. О маме подумай. Она же тебя любит. Не надо ей нервы мотать.
- Да я о ней только и думаю! – Неожиданно вскинулся Виталик. – О себе мне что ли думать? Мне бы только школу закончить! Ни дня тут не останусь! Работать пойду…Денег накоплю на однокомнатную квартиру и мать к себе тогда заберу…Если этот подонок её раньше не доконает.
Я смотрела на Виталика, оцепенев от потрясения. Эта, неожиданно открывшаяся в нём взрослая ярость была непривычна и даже дика для меня. Общаясь с ним изо дня в день, я настолько привыкла к его мягкости и доброте, что мне и в голову не могло прийти, насколько все серьёзно.
- Подожди, подожди. – Я плохо соображала, пребывая в состоянии крайней растерянности. – Какая работа? Ты что говоришь? А учёба? Тебе же после школы поступать надо куда-нибудь, образование получать.
Виталик горько усмехнулся:
- Конечно. Всем надо. Как же без этого? Только в жизни не всё бывает так, как хочется. Ты знаешь, они ведь друг друга ненавидят. Даже спят отдельно не первый год уже.
- Почему же они не разведутся в таком случае?
- Потому что таким образом мой папаша демонстрирует нам своё благородство.
- То есть как?
- Очень просто. Думаешь, я не знаю ничего? Они от меня свои отношения скрывают, но я-то вижу. Он в своей фирме до ночи кого-то возит. Работает, думаешь? С секретаршами какими-нибудь развлекается…Тварь …- Последнее слово Виталик почти прорычал.
- Мать знает – он от неё этого скрывать даже не пытается. Знает, падла, что мы от него зависим. Чего там мамка на рынке наварит? Так, гроши… Это Вадька тогда ей помог здорово, почти весь товар продал, а в обычные дни она и половины не продаёт. Пустое дело, я ей с самого начала говорил, что это все ерунда. А ей работать хочется. С людьми общаться, понимаешь? Чтобы поменьше об этой скотине думать. А по мне так лучше на хлебе и воде жить, чем от него зависеть. Надоело…
Виталик глубоко вздохнул, словно, выговорившись, сразу вдруг лишился моральных сил. Я стояла молча, не зная, что сказать. Какой я могла дать совет? Имела ли я право влезать в чужие семейные дрязги? Да и чего могли изменить мои слова? В данной ситуации мне отводилась роль спасительной отдушины для Виталика – только так я и сумела бы стать ему полезной.
- И всё-таки, Виталь, постарайся сегодня выучить географию. – Сказала я на прощание, и даже не просто сказала, а сделала внушение со всей серьёзностью. – Это тебе самому надо в первую очередь.
- Мне? Зачем? – Виталик уныло всхлипнул замерзшим носом.
- Хотя бы затем, чтобы не остаться на второй год. Меня вовсе не радует перспектива переходить в одиннадцатый класс без тебя.
Похоже, мне удалось найти самый веский аргумент из всех существующих: Виталик прислушался к моим словам и, подумав, вскоре пообещал мне исправить двойку по географии.
К чему описывать наше очередное расставание? Были поцелуи и объятия, были пылкие признания в любви и надежды на завтрашний день. И вот я снова дома…Вкусный запах жареных котлет, живой отцовский баритон на кухне и мамин смех…Мне, оказывается, ещё повезло с родителями. Я, в отличие от Виталика, жила не на поле боя, а в хорошей здоровой семье, среди нормальных человеческих отношений. И как же замечательно, что я живу именно здесь!
