Роза Марена полностью

– Оставить их здесь или взять с собой? – спросила она, приподнимая свои теннисные туфли.

Он секунду подумал.

– Ты бери свои, а свои я оставлю. Эти чертовы ботинки. Их сложно надеть даже и на сухие ноги, а уж на мокрые… лучше и не пытаться.

Он снял носки и аккуратно положил их на ботинки. Рози улыбнулась. Ее рассмешило то, с каким сосредоточенным видом он проделывал эту нехитрую процедуру. Да и сами носки смотрелись очень забавно поверх тяжелых мотоциклетных ботинок.

– Что? – спросил Билл.

Она покачала головой.

– Ничего. Давай показывай мне свой сюрприз.

Они зашагали по берегу, вдоль кромки прибоя. Рози с туфлями в левой руке и Билл, который показывал ей дорогу. Набежала волна. Первое прикосновение воды было таким холодным, что у Рози перехватило дыхание, но уже через пару минут все пришло в норму. Она видела свои ноги в воде, и они почему-то напоминали ей двух бледных мерцающих рыб. Дно было достаточно каменистым, хотя идти по нему было не больно. Здесь запросто можно порезаться. И ты даже этого не заметишь, мелькнула тревожная мысль. Ты ничего не почувствуешь, потому что ступни онемели от холода. Но она не порезалась. У нее было стойкое ощущение, что Билл не позволил бы ей порезаться. Мысль была просто бредовой и тем не менее убедительной.

Они прошли по берегу ярдов сорок и вышли к заросшей тропинке, что вела вверх по насыпи – зернистый белый песок и густые колючие заросли можжевельника. Рози вдруг испытала острый прилив дежа-вю, как будто она уже видела эту тропинку в каком-то забытом сне.

Билл показал на вершину насыпи и тихонько сказал:

– Нам туда. Только, пожалуйста, не шуми.

Он подождал, пока она наденет туфли, и пошел вперед. На вершине он остановился и подождал Рози. Когда она подошла к нему и попыталась что-то сказать, он прижал палец к ее губам, а потом убрал его и указал вперед.

Они стояли на краю заросшей кустарником полянки с поваленным деревом в центре. В переплетении покрытых землей корней лежала красивая рыжая лисица и кормила троих лисят. Тут же, неподалеку – в пятне солнечного света, – четвертый лисенок деловито гонялся за собственным хвостом.

Билл наклонился совсем близко к Рози, так что его шепот щекотал ей ухо:

– Я приезжал сюда позавчера, чтобы проверить, на месте ли эта площадка для пикников и не слишком ли ее испоганили. Я тут гулял и набрел на этих вот ребят. Vulpes fulva – рыжая лисица, в переводе с латыни. А мелким всего недель шесть.

– Откуда ты столько знаешь?

Билл пожал плечами:

– Я просто люблю животных. Много читаю про них и наблюдаю за ними в природных условиях, когда выдается такая возможность.

– Ты охотишься?

– Господи, нет, конечно. Я даже не фотографирую. Я просто смотрю.

Лисица увидела их и настороженно замерла. Только внимательные глаза сверкали живым огоньком.

Не смотри на нее, вдруг подумала Рози. Она понятия не имела, что это значит и откуда вообще взялась эта странная мысль. Она только знала, что это была посторонняя мысль. Чужая. Как будто чей-то неведомый голос прошелестел у нее в голове. Тебе не надо на это смотреть.

– Они такие красивые, – сказала Рози, нашла руку Билла и сжала ее обеими руками.

– Да, – отозвался он.

Лисица повернула голову к четвертому лисенку, который оставил в покое хвост и теперь гонялся за своей тенью. Она коротко тявкнула. Лисенок повернулся, нахально посмотрел на людей, стоящих на тропе, потом подбежал к матери и улегся у нее под боком. Она принялась облизывать ему голову, вычищая шерстку, но при этом она не сводила настороженных глаз с Билла и Рози.

– Интересно, у них есть папа? – прошептала Рози.

– Да, я его видел позавчера. Большой такой пес.

– Они так называются?

– Угу, самцы. Псы.

– А где он?

– Где-то рядом. Охотится. Эти лисятки, наверное, повидали немало чаек со сломанными крыльями, которых папа приносит им на обед.

Рози взглянула на корни дерева, где лисы устроили свое логово, и вновь ощутила прилив дежа-вю. Короткая вспышка памяти, шевелящийся корень, который хочет схватить ее, приближается к ней… образ мелькнул и исчез.

– Мы ее не пугаем? – спросила Рози.

– Может быть, но не сильно. Но если мы попытаемся подойти ближе, то она может броситься.

– Да, – сказала Рози. – Будет маленьких защищать. А если мы их обидим, она нам отплатит.

Он с удивлением взглянул на нее.

– Ну да… во всяком случае, попытается.

– Спасибо, что ты мне их показал.

Он улыбнулся:

– Я рад, что доставил тебе удовольствие.

– Давай уйдем. Я не хочу ее пугать. И есть уже хочется.

– Давай, потому что я тоже проголодался.

Он поднял руку и торжественно отсалютовал. Лисица посмотрела на него яркими неподвижными глазами… а потом сморщила морду и зарычала, показав ровные белые зубы.

– Да, – сказал он. – Ты хорошая мама. Заботься о них.