Роза Марена полностью

Густафсон слегка подскочил на своем водительском сиденье. Хейл обернулся, посмотрел на Рози безо всякого выражения, потом отвернулся и что-то шепнул своему напарнику. Или Рози это показалось? Впрочем, ее это не волновало. Пусть себе шепчет что хочет.

Герт взяла ее трясущуюся руку и попыталась разжать кулак. Она работала как опытный массажист, который снимает напряжение со сведенной судорогой мышцы.

– Все в порядке, Рози. – Она говорила спокойно и тихо, а голос рокотал, как большой грузовик на нейтральной скорости.

– Нет, не в порядке! – воскликнула Рози на грани истерики. – Совсем не в порядке, и не говори, что в порядке, не надо! – Слезы жгли ее глаза, но сейчас это уже не имело значения. Первый раз в жизни – то есть во взрослой, сознательной жизни – она плакала не от стыда или страха, а от злости и ярости. – Почему он не может оставить меня в покое? Почему он не может уйти достойно? Он избил Синтию, он испортил пикник… какой же мудак! – Она попыталась снова ударить по двери, но Герт крепко держала ее руку. – Вонючий долбаный скунс.

Герт кивнула:

– Да, вонючий долбаный скунс.

– Он как… как родимое пятно! Чем сильнее его трешь, чем упорнее стараешься от него избавиться, тем темнее оно становится! Гребаный Норман! Вонючий псих! Я его ненавижу! Ненавижу!

Она замолчала, переводя дыхание. Лицо горело, по щекам текли слезы… но все было не так уж и плохо. Могло быть и хуже. Гораздо хуже.

Билл! Где Билл?

Она обернулась, уверенная в том, что на этот раз его точно не будет, но он был – он по-прежнему ехал за ними. Он помахал ей рукой. Она махнула в ответ и опять повернулась вперед. Она потихонечку успокаивалась.

– Я понимаю, Рози, ты сейчас не в себе. И у тебя есть причины, но…

– Ах вот как, я не в себе?! Что ж, замечательно…

– Но он, знаешь ли, ничего не испортил.

Рози растерянно моргнула:

– Что? Но разве так можно – продолжать как ни в чем не бывало?! После того как он…

– А как ты могла продолжать – после того как он бил тебя столько раз?

Рози лишь покачала головой, не в силах понять.

– Я думаю, здесь дело в выдержке. В душевной стойкости, – сказала Герт. – А может, в обычном упрямстве. Но в большей степени, Рози, это хорошая мина при плохой игре. Чтобы всем показать, что нас так просто не запугаешь. Ты думаешь, это первый такой случай? Ничего подобного. Норман, конечно, худший вариант, но далеко не единственный. Вот ты, например… что ты будешь делать, если во время пикника поблизости вдруг появится скунс и испортит воздух? Ты подождешь, пока ветер не унесет эту вонь, и продолжишь пикник как ни в чем не бывало. И сейчас то же самое происходит на Эттингерс-Пьер. И не только потому, что мы заключили контракт с «Индиго герлз», хотя и это тоже немаловажно. Мы продолжаем пикник, чтобы доказать самим себе, что нас не так просто выбить из колеи, что у нас тоже есть право прожить эту жизнь нормально. Конечно, некоторые уйдут… Лана Клайн и ее пациентки, к примеру, но остальные останутся и будут веселиться. Консуэло и Робин поехали обратно на Пирс, когда мы ушли из больницы.

– Неплохо, барышни, очень неплохо, – сказал лейтенант Хейл с переднего сиденья.

– Как же вы его упустили? – спросила Рози, чуть ли не обвиняющим тоном. – Господи боже, да вы вообще знаете, как ему удалось уйти?

– Ну, строго говоря, это не мы его не упустили, – мягко ответил Хейл, – а охрана из парка, один парень оттуда. А когда туда приехали муниципалы, ваш муж уже скрылся.

– Мы знаем, что он украл маску у какого-то ребенка, – сказал Густафсон. – Такие, знаете… которые надеваются на голову целиком. Надел ее, вышел из парка и просто уехал. Повезло подлецу, вот что я вам скажу.

– Ему всегда везло, – грустно сказала Рози. Они уже въезжали на стоянку полицейского участка. Билл по-прежнему ехал сзади. Она повернулась к Герт: – Теперь можно уже отпустить мою руку.

Герт не стала возражать, и Рози тут же ударила кулаком по двери. В этот раз удар был сильнее, и она больно ушибла руку, но в своем теперешнем состоянии она чуть ли не наслаждалась этой болью.

– Почему он не оставит меня в покое? – спросила она в пространство, не ожидая ответа. Но ответ все-таки был. Он прозвучал у нее в голове, в самых глубинах сознания.

Ты с ним разведешься, сказал этот голос, низкий и чувственный. Ты разведешься с ним, Настоящая Рози.

Она посмотрела на свои руки и увидела, что они все покрыты гусиной кожей.