А сегодня что-то изменилось. Розалин сделала вид, будто не замечает напряжения, но дверь в большой зал приоткрыла и чутко прислушивалась к каждому звуку.
Почти перед самым обедом раздались странные крики, явно нечеловеческого происхождения, скрежет, ругань – вполне себе человеческая, и звук открывающейся большой двери. Несколько рабочих затащили в отдел массивную клетку, закрытую плотной темной тканью. И внутри кто-то был. Существо бесновалось, клетка подпрыгивала и ходила ходуном.
К тому моменту, когда Розалин встала из-за стола и выглянула в большой зал, рабочие уже дотащили клетку до комнаты, куда Розалин не пускали, и теперь ждали, пока господин Лукавин, на редкость собранный и серьезный, отопрет дверь. Потом затащили груз в комнату.
Раздался повторный визг. Странный, переливчатый, как бульканье.
Ноги понесли Розалин поближе. Господин Лукавин недовольно взглянул на нее, но она не заметила. Потом начальник заскочил в комнату, потянул дверь, чтобы ее закрыть. В последний миг рабочие практически бросили клетку на пол, и покрывающая ее ткань сползла вниз.
Внутри было что-то необычное – яркое, светящееся, словно горка углей. И при этом огонь был будто мех – из тончайших полосочек. И шевелился.
Розалин не успела рассмотреть получше – дверь захлопнулась, словно голодный рот, который наконец получил еду. Визг как отрезало. Значит, на двери еще и противозвуковая защита!
Ну что ж, никаких сомнений: вот оно – настоящее магическое животное!
Сегодня на обед пришло мало народу. Но Розалин не заметила, она была поглощена мыслями о том, что происходило в комнате, куда доставили магического зверя. И размышляла, стоит ли делиться новостью с Туей. Та была молчаливой и о чем-то думала, да так, что ее голова ощутимо трещала. Ну или так казалось, потому что Туя то и дело морщилась и прикасалась к вискам пальцами. Тыкала в них, будто хотела проткнуть насквозь и поправить изнутри то, что мешает.
И сегодня она мало ела. Оставаясь неизменно худой, даже тощей, обычно Туя сметала целую тарелку с горкой, в этот раз же едва притронулась к мясу и овощам. Плечи заострились, и платье в мелкий голубой горох висело на ней как на вешалке. Будто девушка целую неделю прием пищи пропускала, а не один обед.
В общем, ей точно было не до очередных проблем Розалин, но та все же не смогла сдержаться.
– Туя, – в итоге решилась Розалин. – Послушай! Я видела… к нам сегодня клетку доставили… а там какой-то зверь. Магический. Он светится… горит! Но я не поняла, кто это, его сразу спрятали. И никто ничего не говорит. Ученики носы воротят, господин Лукавин даже не слушает… Туя, у тебя что-то произошло?
Надо было сразу догадаться! А Розалин только со своими заботами и носится! Хотя терпеть не может, когда кто-то рядом так себя ведет – словно он главнее всех прочих и ни у кого априори не может быть более серьезных дел.
Та опустила глаза и вздохнула:
– Произошло. Ну как сказать… Папенька заболел, я домой еду завтра утром.
– Заболел? Надеюсь, ничего страшного?
Розалин невольно тронула себя за блузку в районе сердца. Ее родители остались там… в том мире. Вроде не умерли, но их больше не было… никого не было, только она и Вика. Это ужасное горе.
– Нет, ничего опасного, врачи сказали, что кризис миновал. Но проведать все равно поеду. Я давно их не видела, соскучилась. – Туя прямо взглянула на нее и сказала: – Это не все. Я… Прости, я долго думала, но только сейчас поняла, что помогу тебе. Ты ведь сразу про отца спросила, про здоровье его. А не воскликнула что-то вроде: «Как я тут одна?!» да «Ты же мне помочь обещала!» – Она опустила глаза и рассеянно добавила: – Была у меня одна такая подруга… Бывшая, к счастью…
Розалин молчала. Любые слова, по ее мнению, сейчас были бы лишними.
– Так вот. Перед обедом я заходила по делам в канцелярию. Ассоль срочно вызывают в зарплатный отдел, там что-то напутали, то ли с банковскими счетами, то ли с выплатными ведомостями… В общем, ей нужно передать, что ее там ждут.
Туя поглядела в сторону столика, за которым сидели Ассоль с Линеттой. Давно сидели, почти закончили обедать, а Туя все решалась… Повезло, ничего не скажешь.
– Когда она вернется в свой отдел, ты можешь пойти за ней следом и передать эту просьбу. Она уйдет в канцелярию, а у тебя будет возможность поговорить с господином Браббером наедине. У него сейчас только один ученик, и тот редко бывает. Господину Брабберу его силой навязали, потому что парень – чей-то сынок. Но сегодня его нет, я случайно узнала. Вот и получается, что все сложилось: и Ассоль, и ученик, и твой вопрос… Может, это судьба? Ты веришь в судьбу?
– Я не знаю, – честно призналась Розалин. – Но я верю, что нужно пытаться идти своей дорогой, всегда. Тем более если на ней препятствия. Так интересней.
– Да, я тоже так думаю. Говорят, судьба и на печи найдет, но я сомневаюсь. Если ты даже не пробовала, то как судьба поймет, что тебе нужно? В общем, господин Браббер останется на рабочем месте один. И если ты действительно… Надеюсь, ты не станешь делать ничего плохого?
– Что ты имеешь в виду?
