А что, если запереться в Питомнике и просто переждать? Возможно, маги их не найдут, а спустя несколько поколений… Розалин устало усмехнулась, благо господин Браббер не видел. Жить в заточении самой и обрекать на изоляцию собственных детей, которых не от кого родить? Хотя… можно выходить наружу только для общения с мужчинами.
И все же. Разве это жизнь? Разве она хочет такой жизни своим детям, если те вдруг у нее будут? Целыми поколениями сидеть в Питомнике, надеясь, что их не найдут и снаружи что-то изменится?
– Что скажете? – спросил господин Браббер.
Розалин молчала. Что сказать? Что он прав и однажды магии не останется? Но есть другая – та, что используют воспитанники Питомника. Это даже не совсем магия – это словно энергия с той стороны. С Изнанки. Ее там неизмеримое количество. Черпать изнаночную магию можно бесконечно, объемы ограничены только умением самого мага управляться с ее мощностью.
Вот только местные маги неспособны ее добывать. И никогда не смогут. Старцы утверждают, что только новая магическая раса – потомки местных и пришлых магов – получит возможность создавать магию самостоятельно, обладать собственными ресурсами, а не брать ее из одного либо другого источника, как делали их предки.
Такая глупость… Новая раса? Они что – животные на разведение?
– Видимо, мои объяснения слишком сложны. – Господин Браббер вздохнул и отошел.
И сразу стало холодно, из-за спины будто бы повеяло опасностью.
– Нет, – возразила Розалин. – Вы все прекрасно объяснили. Просто я не думала, что все так серьезно.
– Более чем. Скажу даже больше… Но, Розалин, то, что я скажу, должно остаться между нами.
– Я слушаю.
– В последние три года магия начала истощаться очень быстро. Просто стремительно. Организация, которая следит за этим, забила тревогу. Что-то… кто-то высасывает магию из нашего мира, и если это не остановить, возможно, ее не станет уже через десятилетие.
– «Кто-то»? – еле выдавила Розалин.
Они думают, что это делают дети Питомника, однозначно. Но это не так. А как доказать обратное?
– Разумеется, это не наше с вами дело, – вдруг отступил господин Браббер. – Это все лишь теории. Да и искать причину истощения не имеет смысла, ведь она просто усугубляет то, что и без того происходит. Нужно найти принципиально другой выход. Именно этим я занимаюсь.
Господин Браббер устроился на соседнем стуле, положил ногу на ногу и скрестил руки на груди. Смотрел он строго вперед, на эти свои странные приспособления. И, наверное, уже жалел, что затеял весь этот разговор.
Но Розалин не собиралась останавливаться и продолжала задавать вопросы:
– Значит, вы ищете новые виды магии?
– Источники иной магии, – поправил господин Браббер.
– Источники? Как это? Разве в мире существуют еще не изученные источники?
– Время от времени появляются новые источники. Странно, что вы не знаете даже этого.
Розалин сжала губы. «Даже этого»? Каков сноб! Да местные женщины до сих пор, как в Средние века, по домам заперты! А он еще чему-то удивляется?
– Появляются? Откуда? – не моргнув глазом уточнила Розалин.
– Возможно, дело в том, что наш мир не так уж безопасен, в него осуществляются проникновения извне, и эти проникновения оставляют многое… очень многое… в том числе магическое. Кроме всего прочего – источники.
– Проникновения? – Розалин не сдержалась, смяла руками юбку и повернулась к собеседнику. Как много ему известно? Неужели и про их родной мир тоже?
– О, не волнуйтесь, прямой опасности нет. В данный момент. – Господин Браббер встрепенулся. Кажется, он уже не знал, что делать со своей чрезмерно любопытной помощницей.
– Пожалуйста, скажите, что значит «проникновения»? – взмолилась Розалин.
– Поверьте, это не так страшно, как звучит.
Звучало так, будто он врет.
– И все же я хочу понять. Я ведь теперь работаю на вас.
– Да, в этом есть какой-то смысл, – задумчиво проговорил господин Браббер. Потом протянул руку и толкнул пальцем один из подсвечников. Тот рухнул на стол, прозрачные нити натянулись и безо всякого труда порвались, будто были паутинками. Камни во всех остальных одновременно угасли. – Проникновениями ученые называют нарушение оболочек. Вы же слышали, что в нашем мире есть другие расы? Демоны, например.
– Слышала, но, говорят, это сказки. – Розалин попыталась придать своему голосу твердости, но звучало тихо и испуганно.
– Нет, это не сказки. Мы не знаем точно, общий у нас с ними мир или нет, но факт остается фактом: иногда то, что нас разделяет – стена, или оболочка, получает по какой-то причине урон и открывается. Намного или нет – не важно. Даже в небольшой прорыв может утянуть предметы или местных жителей.
Розалин кивнула, показывая, что слышит. И замерла. Похоже, господин Браббер говорит не о Питомнике. Или просто полагает, что Питомник затянуло сюда из соседних земель?
– Это и называется проникновением.
