После этого в Питомнике прекратили смеяться над обычаем вооружаться «игрушечным оружием» и даже привезли несколько таких ножей в качестве подарка девушкам. Розалин и Вике достались одинаковые – с рукояткой из розового перламутра и простым железным лезвием.
В Доме магических изысканий Розалин нож не носила. К счастью. Потому что в этот момент могла наделать глупостей.
В мозгах, однако, быстро прояснилось. Господин Браббер не того уровня маг, чтобы поворачиваться спиной к незнакомцам. Значит, у него достаточно артефактов, чтобы уклониться от удара ножом. И пережить его.
– Розалин?
Она очнулась и посмотрела на подсвечники. Девушка сама не заметила, как вплотную подошла к столу господина Браббера, и теперь перед ней стояла вся цепь. Камни еле светились, показывая, что магия проходит, только воздействие в ключевых точках пока не то. Пока.
– Что?
– Это я вас должен спросить. Вы подошли… я думал, вы хотите что-то спросить.
– Нет… Вернее, да. То, что вы строите, – это цепь ахимовских драконьих магов?
Маг ответил не сразу:
– Да, это она. Потрясающе, Розалин, великолепно! Вы меня поразили!
Господин Браббер вдруг вскочил на ноги. Розалин пришлось задрать голову, чтобы видеть его лицо. Тот был по-настоящему впечатлен, его волосы растрепались, воротник рубашки был расстегнут и оголял шею. Розалин выхватила взглядом бьющуюся жилку на его шее. Такую живую…
– Я приятно удивлен. Не каждая девушка вот так запросто может взглянуть и узнать цепь ахимовских драконьих магов. Далеко не каждая!
Его реакция была на редкость приятна. У Розалин даже кулаки разжались.
– В этом вряд ли моя заслуга. Это скорее случайность. Просто я читала ваши книги, и мне попался учебник как раз про эту цепь.
– И все же! Прочесть – это одно, но вы увидели мой эксперимент и смогли связать эти два момента. Я восхищен.
Он и правда смотрел с восторгом. Розалин почувствовала, что буквально тает. На самом деле: мышцы тут же расслабились, ноги подкосились… почти. Ей хотелось потянуться к нему, прикоснуться к шее, к губам, пробежать пальцами по щеке, сполна насладиться его сверкающим взглядом…
Розалин отвернулась.
– Но эта цепь… она ведь не рабочая? То есть это просто теория, ее никто не доказал.
– Я докажу.
Такая непоколебимая уверенность, которая прозвучала в его голосе, должна была вызывать восхищение. А у Розалин застыло сердце.
Он докажет, вне всяких сомнений. А этого нельзя позволить.
Такой сильный, умный… Такой красивый. И должен умереть.
– Зачем? Зачем вы хотите ее воссоздать? – шепотом спросила Розалин.
Как нелепо… Ей хотелось кричать, чтобы он остановился. Чтобы забыл, навсегда забыл и никогда не приближался к этому прибору. Забросил эксперименты, уехал в глушь, вернулся туда, где провел в тени последние годы, и жил там – долго и счастливо, пусть даже… пусть даже Ассоль с собой увезет! Все равно! Только бы жил…
Но господин Браббер не остановится. Даже представлять этот разговор не имеет смысла. Нет. Нет…
– Присядьте.
Он стал серьезным. Вокруг губ появились болезненные складки. Так выглядит человек, когда вынужден делать что-то неприятное. Когда долг обязывает.
Розалин видела эту безысходность в зеркале.
Но что? Что это может значить?
Усадив Розалин на свой стул, господин Браббер отошел и принес второй. Поставил напротив, наклонился вперед, чтобы заглянуть ей в лицо.
– Вы только не волнуйтесь, иначе я пожалею, что решился рассказать.
– Я вам верю.
– Приятно слышать. Так вот, несколько лет назад в наш мир прорвалось нечто… нечто очень плохое.
Розалин сжала кулаки и приготовилась слушать.
– Это не обычный прорыв… помните, я рассказывал о прорывах? Да, бывает, к нам приходят демоны. Или драконьи маги. Или темные дроу. Много существ. Но в этот раз это… то, что появилось, – оно угрожает всей жизни нашего мира. Оно противоестественно. Оно… как бы вам объяснить… – Господин Браббер поднял ладони и разместил их друг против друга. – Оно как эти параллельные линии – никогда не должно было пересекаться с нашим миром. Но пересеклось.
Громкий хлопок.
– Вот что случится, если позволить пересечению завершиться. Не останется ничего.
Розалин посмотрела на его руки и спросила через силу:
– «Оно»? И что это такое?
Господин Браббер посмотрел ей прямо в лицо. Завороженно. Моргнул.
– Вы так красивы, Розалин… – тихо сказал.
– Спасибо. – Она не отвела глаз. – Но вы меня все же чуть-чуть напугали и теперь не можете сделать вид, будто ничего не произошло. Продолжайте. «Оно» – это что?
– Мне бы не хотелось говорить. Иначе я напугаю вас еще больше.
– Скажите!
– Хорошо. – Было видно, что господин Браббер продолжает сквозь силу. – «Оно» – это существа того мира, который живет по другим законам. Это как смертельная болезнь, которая к нам просочилась. Чтобы не заразились и не погибли все, нам нужно сразу же ее остановить. Решительно и бескомпромиссно.
– «Оно» – это что?
Господин Браббер откинулся на спинку и скрестил руки на груди. Он нахмурился, отдалился. И, видимо, пожалел, что завел этот разговор. Однако, надо отдать ему должное, не промолчал.
