Рождение легиона полностью

«Ну вот почему меня все так ненавидят?». Это была первая мысль, которая пришла мне в голову, как только я открыла глаза. Первые лучи солнца, пробравшиеся сквозь незашторенное окно, заставили меня громко чихнуть, и с неодобрительным ворчанием перевернуться на другой бок, ощущая, как последовавший за остальным телом живот на секунду отстает от меня, будто я весь день лишь тем и занималась, что люто, бешено жрала, причем все подряд. Похоже, ощущение переполненного мочевого пузыря будет первым, что раз за разом, станет желать мне доброго утра еще много и много месяцев, и наверное, впервые за всю сознательную жизнь в этом теле, я почувствовала глухое раздражение на милого, из-за которого, собственно говоря, я и оказалась в таком положении.

– «Хм» – ироничное хмыканье заставило меня широко распахнуть косящие спросонья глаза, и недоуменно уставиться на Кег, удобно устроившуюся за столом. Сдвинув в сторону погасшие свечи и тарелки, она листала какие-то бумаги, делая в них пометки длинным пером, которое моя сестрица крайне умело держала в зубах.

«Блин! Она знает? Или еще нет?» – шестеренки в моем скрипящем поутру мозгу дрогнули, и начали очень неохотно подрагивать, изображая «пятисекундную готовность» к мыслительному процессу, позволив хаотично носящимся мыслям порхать по черепной коробке так, как им заблагорассудится, забивая голову ворохом ярких и, по большей части, бредовых образов – «Если Стэйбл дежурил ночью, то вряд ли – он должен спать. Или еще нет? Сейчас утро или вечер? Блин, блин, блин! Так, сосредоточились, нужно сказать что-то умное и беззаботное, чтобы отвести от себя подозрения…».

– «Привеееет, Кег!».

– «Живот не болит?».

– «Ну спасибо!» – надувшись, я села в постели и завернувшись в одеяло, словно ку-клус-клановец, с мрачной обидой уставилась на Кег, в одночасье, растоптавшую все мои усилия – «Я тут, значит, к ней со всей душой, а она…».

– «А она всего лишь хотела выспаться, и не подозревала, что не может оставить свою глупую приемную сестру даже под опекой ее собственного мужа!» – холодно откликнулась пегаска, поднимая на меня глаза, недобро сверкавшие из-под дорогих очков. Снабженные тонкой, явно золотой дужкой, они крепились на морде пегаски с помощью двух странных липучек, и я навострила уши, услышав негромкое щелканье, с которым они соскользнули с ее глаз, смахнутые раздраженным движением ноги – «Я уже оформила свои рекомендации повелительницам в этом письме, поэтому не удивляйся, когда тебя отправят в декретный отпуск. Надо же такое придумать – поднимать тяжести, да еще и на ночь глядя!».

– «Эй, меня осмотрел доктор Стэйбл, и полностью подтвердил мое мнение о том, что угрозы прерывания на данный момент нет!» – отбросив политесы, рыкнула я. Раннее утро – совсем не то время, чтобы наезжать на не выспавшуюся, голодную и очень беременную кобылку – «И вообще, это была случайность!».

– «Случайность? “Случайность” – это когда твой оргазм прерывает огромная, черная фигура со светящимися в темноте глазами, вылезающая из темного угла!» – внезапно сорвалась на крик обычно сдержанная сестра и присмотревшись, я с удивлением увидела, что ее буквально колотит от злости и чего-то, что я бы назвала самым обычным страхом – «И это совершенно не “случайность”, когда тебя уволакивают прочь, вежливо посоветовав твоему партнеру не лениться и активнее работать поясницей! Вы что вообще себе позволяете, а? Влюбленные голубки, отпинай вас обоих…».

– «Кегги, ты чего? Это что, и вправду был Графит?» – непонимающе протянула я, осторожно соскакивая на пол. Несмотря на вчерашнее происшествие, живот совершенно не болел и лишь громко квакал, намекая на то, что теперь ему приходится кормить не один, а целых полтора голодных рта, и поэтому, в него уже давным-давно пора что-нибудь да кинуть – «Ха-ха, вот умора! Он что, и впрямь вылез из угла, или ты просто сгущаешь краски?».

– «А ты ничегошеньки не знаешь? Даже после года в этой вашей Обители?» – злобно прищурилась на меня обычно сдержанная пегаска, глядя на мою, подходящую к ней фигурку – «Ну, милая, тогда я не удивляюсь, почему тебя выставили оттуда вон!».

– «Не знаю чего? На что это вы все время намекаете?» – титаническим усилием забарывая в себе раздражение, я прижалась животом к ее спине, положив передние ноги на шею сестры, и опустила голову на ее плечо – «Кег, ты просто сердишься или и вправду считаешь, что мне не место в твоей жизни? Что я и вправду, лишь обуза для всей нашей семьи?».

Сестра не ответила, но я ощутила, как передернулись ее плечи под моими ногами. Обижено хлюпнув носом, я вздохнула, и решила было уже уйти, но копыто пегаски, осторожно потрепавшее меня по щеке а затем, стиснувшее мою переднюю ногу, намекнуло, чтобы я не торопилась с выводами… И не спешила разрывать наши объятья.