Вновь зазвучали женские голоса – погромче, слышался смех. Я переключила свое внимание на ворота и увидела, как с полдюжины блондинок бодро поднимается во двор по полуразрушенной лестнице. Они цепочкой исчезли за дверью другого здания. За ними вошли две женщины постарше.
Возможно, это мой шанс.
Уловив нарастающий стрекот очередного лодочного мотора, я пролетела над внутренним двором, миновала внешнюю стену и затаилась среди жирных листьев магнолии. Оттуда прекрасно был виден причал, на котором замерли в ожидании слуги. Огни двух моторных лодок приближались к острову.
Через какое-то время доставленные в крепость женщины, их было не меньше десятка, благополучно покинули лодки и столпились на причале, прижимая к себе кто сумочки, а кто и солидные баулы, вероятно, с костюмами. А матрона, что указывала путь гейшам, вышла из ворот и принялась медленно спускаться к вновь прибывшим по еле различимым во мраке неровным ступеням, вероятно, к тому же скользким от влаги. Одета она была в черный пиджак и брюки, и в руке держала небольшой планшет с прикрепленной к нему гелевой ручкой.
Наконец она добралась до кромки воды, ступила на причал и захлопала в ладоши, словно собирала школьниц, а не взрослых женщин. Те, однако, повиновались, и я услышала, как мадам проводит своеобразную перекличку. Что-то отметив в планшете, вполне удовлетворенная, что все девушки учтены, мадам повела их в крепость.
Что лучше: принять человеческий облик, спокойно одеться под защитой кустов и пристроиться за последней из приехавших, надеясь, что никто меня не заметит в темноте, или проследить за ними с высоты птичьего полета, проскользнуть в отведенное им здание и там преобразиться? Выбрать стратегию, не обладая знанием, что ждет меня где-то там, в крепости, не представлялось возможным, поэтому я стала действовать импульсивно. Перелетела поближе к крепости и дорожке, обернулась девушкой и принялась развязывать свое свернутое шелковое кимоно. Зловредные ветки ужасно мешали – кололи и царапали кожу. Я набросила тонкое одеяние, нацепила тапочки и подползла к лестнице. Передо мной замелькали стройные женские ноги. Сердце забилось в груди так сильно, что я начала задыхаться. Когда последняя молодая женщина, перешучиваясь с кем-то впереди, прошла мимо, я, взглянув на причал и убедившись, что оставшимся там мужчинам нет никакого дела до того, что происходит на лестнице, выскользнула из кустов и принялась подниматься к крепости. Опасаясь, что в любой момент чья-то властная рука схватит меня за плечо и чей-то голос призовет к ответу, я тщетно пыталась выровнять дыхание. Но потом успокоилась – мадам была далеко впереди, а девушки так заняты болтовней, что никому из них не было дела до худенькой особы, почти девочки, в черном шелковом кимоно.
С колотящимся сердцем я прошла через двор и поднялась по ступеням одного из крепостных зданий.
– Мы отстаем от графика, – произнесла женщина, резко хлопнув в ладоши. На секунду этот жест напомнил мне о маме, которая всегда так поторапливала нас с Аими, если мы медлили. Девушки и я следом за ними прошли, повинуясь указаниям мадам, по коридору в комнату, полную пара. Повсюду из потолка торчали душевые насадки. Плиточный пол был наклонен к сливу. Мыльная вода кружилась и булькала, исчезая в прикрытом дырчатой крышкой отверстии. Одежду полагалось оставить на крючке за дверью, я неохотно сняла свое кимоно и прицепила его там.
Бледные тела, скользкие от мыла и воды, стояли под каждым душем. Девушки использовали разложенные на пристенных полочках шампуни, мыло и мочалки. Слышался нервный смех и разговоры вполголоса. Напряжение заполняло комнату плотнее, чем пар.
– Вот, – сказала какая-то девушка, взяв меня за локоть и указывая на лейку душа, которая только что освободилась. Другая девушка, выключив воду, заворачивалась в хлопчатобумажное полотенце. Когда мы проходили мимо, она протянула мне скользкий кусок мыла.
– Ты уже бывала здесь раньше? – спросила я третью девушку – та мылась рядом со мной, ее голова была белой от пены.
– Волнуешься? – она приоткрыла один глаз, глядя на меня, а затем снова закрыла его и запрокинула голову под струю, чтобы ополоснуть волосы.
– Немного, – ответила я. На самом деле у меня ноги подкашивались от страха.
– И неудивительно. Раз ты здесь вместе со мной, ты не обученная майко[30] или гейша. Просто тщательно повторяй все за ними, тогда все будет в порядке. Не говори и не делай глупостей и будь в окружении тех, кто много улыбается и смеется.
– Подражать гейше? А кто из них гейши? – я вытянула шею, осматривая душевую.
– Они готовятся в другом здании и хранят свои костюмы в надежном месте. Кимоно гейши и украшения стоят более трех миллионов йен, – девушка понизила голос и добавила: – Они здесь никому не доверяют.
– А кто мы такие? – поинтересовалась я, глядя на собеседницу.
Она выключила воду и схватила полотенце с вешалки у себя над головой. Я сделала то же самое.
