– Но ведь вас с папой связывали искренние чувства… По-твоему, то, что мое перерождение произошло в почти пресной воде, лишило меня серьезного преимущества? – Мама пожала плечами, глядя на меня поверх чашки. – Версия, конечно, интересная, но в ней, как мне кажется, есть изъян. Ты ведь не знаешь, в каком именно озере Арис стала сиреной и чем она занималась до того, как вы познакомились, – по правде говоря, мне не слишком хотелось верить в мамину теорию, ведь она подразумевала, что я неполноценна. В конце концов, в пресной воде превратиться в русалку невозможно. Ну и что с того, что в море, где переродилась я, всего один процент соли? Неужели это означало, что мне придется всю жизнь считать себя аутсайдером?
– Твоя правда, – вздохнула мама. – Просто я частенько думаю о том, что твоя трансформация произошла в Балтийском море, и пытаюсь понять, чем это может для тебя обернуться. Мало того, ради хвоста и плавников тебе пришлось умереть! Насколько мне известно, такого еще не случалось ни с одной морской девой. Мало у нас проблем, что ли? Сама посуди: родить ребенка, забрать его от отца и унести в океан. Шутка ли? А если бы мать была вынуждена еще и утопить родную дочь… – она покачала головой. – Пожалуй, в таком случае в мире было бы гораздо меньше русалок. Может, вообще ни одной.
Я обдумывала мамины предположения, пока мы допивали кофе. Если она права, мне, вероятно, надо проводить побольше времени в соленой воде, чтобы стать сильнее. Или я дальше никуда не продвинусь лишь потому, что приняла свой истинный облик в Балтийском море?
В дверь постучали. Мужской голос крикнул:
– Курьер!
Я пошла открывать. Невысокий мужчина в униформе службы доставки вытирал пот со лба. Он стоял сбоку от трещины в ступенях нашей лестницы и смотрел на нее так, словно у него под ногами разверзлось гигантское ущелье, в которое он вот-вот свалится и погибнет. Сквозь открытую дверь в трейлер ворвались солнечные лучи и жаркий воздух. Стало ясно, почему курьер так взмок.
– В эту трещину у нас еще никто не проваливался, – заверила я.
Курьер издал почти беззвучный смешок и засунул платок в задний карман.
– Я ищу… – он сверился с ведомостью, – Таргу Мак’Оли.
– Это я.
Мама подошла ко мне и встала у меня за спиной.
Курьер протянул мне ведомость и показал, где расписаться. Его глаза метались от моего лица к маминому и обратно, быстро-быстро, как шарик в пинболе.
– Близнецы?
Я удивленно посмотрела на маму. Нас еще ни разу не принимали за двойняшек. Конечно, мои черты лица немного изменились, с тех пор как я стала сиреной. Но неужели настолько? Хотя теперь у нас был абсолютно одинаковый цвет волос, глаз и кожи, моя костная структура по-прежнему сильно отличалась от маминой.
– Мать и дочь, – проговорила мама, придерживая дверь.
– Вот как, – курьер убрал ручку в передний карман и протянул мне посылку, после чего с преувеличенной осторожностью спустился по ступеням и вернулся к ждавшему его фургону. Мы закрыли дверь.
– Это из Польши, – мама взглянула через мое плечо на марки. – Может, мы забыли что-то в апартаментах?
– Ума не приложу, что мы умудрились там оставить, – нахмурилась я. Затем взяла ножницы и разрезала посылку краем одного из лезвий. Под почтовой упаковкой оказалась белая коробка с элегантным логотипом в форме буквы «B», который показался мне знакомым. Я точно где-то видела его раньше. Вот только где? К коробке был также приклеен конверт с моим именем. Я открыла его первым.
На карточке было написано: «Некоторые вещи созданы друг для друга. Антони».
Мое сердце птицей забилось в грудной клетке. В жизни не получала подарка от парня, тем более того, о ком я думала днями и ночами. Открыв крышку, я вытащила оберточную бумагу и увидела… русалочье платье. Я ахнула и взяла его в руки. Когда холодный шелк скользнул между моих пальцев, на душе стало невыносимо горько: я поняла, как сильно мне не хватает Антони, его лица, его улыбки, его присутствия в моей жизни.
– Как он узнал? – Тут я увидела, какими глазами смотрит на меня мама. – Он никогда не догадался бы, если бы ты ему не сказала.
Она едва заметно улыбнулась и пожала плечами.
– Я собиралась тебе его купить, но, когда Антони попросил меня помочь ему с выбором подарка, мне показалось, что будет просто замечательно, если платье вручит именно он. В конце концов, эту вещицу пошили в Польше, а значит, она будет напоминать тебе обо всем, что там произошло… и твоем друге. Антони заказал платье сразу, как ты вернула его в магазин. Когда мы уезжали, оно еще не успело прийти, поэтому ему пришлось отправить подарок по почте.
Я прижала платье к сердцу. В эту минуту ко мне пришло горькое осознание, что, вероятно, я больше никогда не увижу отправившего его парня. Он будет жить своей жизнью, а я – своей. Он встретит девушку, влюбится, женится, заведет детей и, быть может, станет во главе «Судоходной компании Новака». А я? Что ждет меня в будущем? Увы, каким бы оно ни было, в нем точно нет места Антони.
