Желтое худи будто освещало ее лицо, подчеркивало голубые глаза и светлую кожу. Дэш не видел еще ни одной девушки, которой шел бы желтый, а вот Розали даже после бессонной ночи смотрелась в нем свежо, словно дуновение ветерка.
— Да ничего у меня с колледжем, — вздохнул он. — Не отпустят. Нельзя мне.
Теперь его одноклассники частенько поднимали тему колледжа, рассказывали, как обсуждают это с родителями и копят деньги. Дэш как-то раз заикнулся дома о колледже и не совсем понял реакцию матери. Она вроде и не сказала «нет», но сама идея покинуть дом, пусть и не навсегда, все сильнее казалась чуть ли не преступлением против семьи.
— Не отпустят… Нельзя… — Розали с удивлением обернулась к нему из облака сигаретного дыма. — Где мой друг и что ты с ним сделал? Ты же хотел уйти из дома и стать врачом.
— Ну хотел. И чего теперь?
Небо светлело, солнце постепенно окрашивало листву в более сочные оттенки и делало стволы деревьев контрастными. Да, он хотел и хочет, только разве можно уехать и забыть все, сделать вид, что это его не касается. Сможет ли он спокойно учиться, зная, что мать и сестра заняты опасной работой? Это если вообще допустить, что он поступит. Денег на колледж он еще не накопил.
— Ты какой-то странный в последнее время, — задумчиво протянула Розали. — Дома совсем замучили?
Дэш хмыкнул и полез в карман за сигаретами. Ему хотелось поговорить с Розали нормально, без намеков и тайн, но как рассказать о русалках? В такой бред никто не поверит, да и выбалтывать семейные тайны — подло, но если Розали не будет знать, что именно его гложет, то как она его поймет? А что его гложет? Дэш уставился на огонек зажигалки в руке и задумался: тот факт, что его мать и сестра убийцы? или то, что в мире действительно существует магия и мифические существа? или, может быть, то, что он, Дэш, совершенно не представляет, как ему теперь с этим жить и как относиться к родным?
Когда он прикуривал, его руки дрожали. Каждый раз, когда он начинал задумываться, изнутри поднималась буря эмоций из страха, сожалений, ненависти и надежд. Становилось муторно и тошнотворно. Прямо хоть с обрыва кидайся. Вот он тут как раз, в нескольких метрах.
— Да что с тобой? — донесся голос Розали. — На тебе прямо лица нет.
В конце концов, с него никто клятв о молчании не брал, хотя бабка заикалась, но раз мать ее не поддержала, то это и не считается. А поговорить ему очень хотелось. После долгих колебаний Дэш все же поделился с подругой своими переживаниями, а так как понять их суть без правды о миссии семьи она бы не смогла, пришлось рассказать полностью.
— Да ты гонишь! — протянула Розали, нахмурив брови. — Твоя мать и сеструха русалок мочат?
— Они спасают мир от хаоса! — авторитетно добавил он. — Смотри никому не проболтайся!
— Знаешь, по-моему, тебе пора завязывать с никотином. — Розали отняла у него сигарету, потому что свою выкурила. — У тебя уже мозги плавятся.
— Вот именно! — подтвердил Дэш, уже порядком расслабившийся и довольный абсолютно всем, что происходило сейчас в его жизни. — Плавятся! Думаешь, я могу такими мозгами выдумать что-то сложное? Так что все чистая правда.
Розали неодобрительно покосилась на него и промолчала, окутав себя густой пеленой дыма, чем снова привела Дэша в восторг. Он воодушевился тем, что она не подняла его на смех, и захотел обсудить с ней, что она об этом думает. Розали словно ощутила его порыв.
— Ну? — усмехнулась она, пресекая попытку отнять у нее сигарету.
Дэш рассказал ей детали: о том, что в Книге почти пять тысяч записей о преступлениях тварей; что у каждой семьи Охотниц своя летопись; что о русалках впервые упоминается в триста тридцатом году до нашей эры. Биографию Александра Великого (*) тщательно проанализировали, и историки предположили, что в его жизни случилась встреча с русалкой. Александр Великий подчинил множество народов в Средней Азии, но в триста тридцатом году на две недели задержался у берегов Каспийского моря, а после остановил победоносный поход, хотя следующей ему должна была покориться Индия. Предполагается, что именно тогда в его шатер забрела русалка. Кто знает, если бы не она, мировая история могла пойти другим путем.
— Ну и чушь! С чего вы полезли в такую древность? Больше двух тысяч лет прошло, — фыркнула Розали.
Дэш достал из сумки упаковку пончиков и газировку, — перекус он захватил перед уходом со смены, нужно же завтракать, — разорвал пакет, положил его между ними, выкрутил на бутылке пластиковую крышку и поставил к пончикам.
— То есть ты не веришь магической Книге?
— Но писали-то туда люди. И с чего ты вообще взял, что она магическая? Мало ли что тебе наговорили.
На это Дэш ничего не смог возразить, но напомнил, что за пятьсот лет Охотницы записали много разных историй. Конечно, не всегда они были столь грандиозны, как история про Александра Великого, и чаще касались предположений о том, что если бы русалки не напугали поселенцев, которые собирались разбить лагерь на берегу такой-то реки, то, возможно, спустя двести лет там стоял бы большой город, а торговые пути могли быть другими.
