Кассий мог бы поклясться, что такие не становятся героями.
Арганта Синтар выглядела… обычно. Лучше, ухоженней, чем простолюдины; в тёплом плаще, под которым виднелась накидка архимага. В ней не было неземной красоты или королевской манерности. Кассий не мог сказать, что ожидал чего-то иного.
Но кому как не ему было знать, что покровы обманчивы.
Кассий-Эртос-дракон смотрел в плавящуюся сталь глаз дракона-Арганты-Синтар, и металл распахнувшегося неба тёк вокруг, сжимая кольцо, чтобы обнять “железной девой” и сомкнуть клыки.
Кассий-Эртос-дракон выскользнул из стали чужих небес почти без невероятных усилий; Кассий Эртос ни на тон не изменившимся голосом закончил приветствие.
Арганта Синтар ответила ему чем-то столь же уважительно-вежливым, плавным движением сняла меховой плащ, заняла место за столом – напротив него.
Дракон-Арганта-Синтар непрерывно смотрел на Кассия – оценивая.
Ожидая.
Кассий просто не мог отказаться от такого искушения-вызова.
Он кивнул Энтиру; скупщик кивнул в ответ и с явным облегчением покинул комнату. Эртос поймал где-то на грани сознания отстранённую мысль: страх человека перед драконом.
Энтир, бедняга Энтир оказался меж двух огней. Кассию, пожалуй, даже стало бы стыдно, не расстанься он прежде с двумя сотнями золотых ради этой встречи.
Кассий опустился обратно за стол, на прежнее место; взглянул на архимага.
Уверенность и сосредоточенность.
Он отчётливо осознал, что придётся поработать, чтобы не уступить этой всепоглощающей уверенности – Кассий-Эртос-человек, пожалуй, отступил бы в тень, ушёл с дороги.
Поэтому он позволил дракону говорить.
- Не беспокойтесь о защите, леди Синтар; таверна останется пустой в ближайшие несколько часов. У нас более чем достаточно времени для беседы.
Архимаг чуть наклонила голову – тени, сгустившиеся в комнате, бросили изящный росчерк на её лицо.
- Должно быть, у вас есть веская причина для разговора со мной, мессер Эртос.
Кассий отстранённо подумал, что, наверное, да, заказ на голову Императора можно было назвать достаточно веской причиной.
- Должно быть, вам известно, что через месяц Император Тит Мид прибывает в Скайрим, - Кассий сплёл пальцы в замок. – Человек, который в своё время остановил Талмор от порабощения Империи, но был вынужден подписать Конкордат, с условиями которого отчаянно не согласен ярл Виндхельма и его армия. Из-за решений этого человека мы наблюдаем гражданскую войну – в которой, насколько мне известно, Коллегия магов под вашим руководством приняла сторону Имперского Легиона.
- Тит Мид Второй – достойный человек, - отозвалась Арганта, принимая правила игры. – Для Коллегии – честь защищать интересы Империи.
- Несмотря на это, Империя нестабильна и уязвима – сейчас, из-за гражданской войны, особенно. Думаю, для вас не секрет, что Талмор использует любые способы, чтобы ослабить Империю и получить максимальный контроль.
Кассий посмотрел в глаза Арганте Синтар – прямо, встречая взглядом небесную сталь.
- Но представьте, что произойдёт с Империей, если её правитель умрёт.
Тит Мид Второй перестал быть человеком, когда взошёл на белоснежный верх осквернённой Башни Белого Золота и распял на айлейдском камне лорда Наарифина, показав, что сделает Империя с тем, кто посмеет объявить ей войну.
Тит Мид подписал Конкордат – чтобы выиграть время для обескровленной Империи, чтобы Легион успел собрать силы в единую армию, чтобы место казнённых Клинков занял другой орден.
У него не было наследников и ближайших советников, что могли бы занять престол после его смерти. Тит Мид не верил никому.
И Тит Мид был символом победы Империи; был знаменем её торжества, её мечом и щитом, нитью, что незримой волей связывала воедино разрозненные провинции.
Смерть Тита Мида стала бы смертью Империи.
Бунтовщики, Братья Бури, подкупленные мятежники смяли бы ряды Легиона неостановимой волной, и их место заняли бы золотоглазые эмиссары Талмора. Некому было бы дать отпор эльфийским войскам и эльфийским дипломатам; Империя стала бы землями Алинора в миг, когда Император перестал дышать.
Всё было бы решено смертью одного-единственного человека.
Ему нельзя было позволить умереть.
- Я надеюсь на сотрудничество с вами, потому что даже Гильдия воров, чьи глаза и руки есть в каждом доме, не сможет в одиночку предотвратить это, - глухо сказал Кассий; правда была неприглядна, и, видят Девятеро, он отчаянно жаждал изменить это, но не мог. Пока что. – Потому что даже я не смогу в одиночку остановить того, кто придёт за Императором.
Арганта Синтар глядела ему в глаза, и едва могла поверить, что видит истину.
Но дракон не лгал.
Кассий Эртос говорил правду и был уверен в ней.
- Тёмное Братство получило заказ на Императора, - продолжил Эртос, бездумно катая в пальцах мелкую монету. – И авансом, который они получили, стал амулет Совета Старейшин.
Арганта Синтар ясно представила себе, как чёрными трещинами раскалывается одна из опор Империи.
Совет Старейшин – последняя линия власти, что принимает её в случае смерти Императора. Так стал правителем Империи канцлер Окато во времена Кризиса Обливиона.
