– Но ты больше не обязана заниматься тем, что тебе не нравится. Предлагай все, что тебе нравится, и я попробую это осуществить. У нас сейчас столько возможностей: развитие магазина, новые литературные жанры, успешная карьера.
– Вы, ребята, большие молодцы, а я пока изучу мир и привезу вам новый материал для вдохновения.
– Университету ты тоже фотографии пейзажей вместо лекций привезешь?
Аня на секунду запнулась, но быстро вернула себе серьезное выражение и выпрямилась во весь рост.
– Я приняла решение, что оставаться в Институте искусств Тарасова нерелевантно как для моего образования, так и творческого пути. Лучше я заново подготовлюсь к экзаменам в этом году, параллельно занимаясь собственными проектами. Ну и Женю, может, навестить успею, не впустую же дома просиживать, – последнее было сказано в сторону и гораздо тише.
– И ты не хочешь просто перевестись на второй курс в следующем году в другом университете? – Я подпер голову руками, внимательно наблюдая за объяснениями дочери. Она всегда становилась ужасно суматошной, когда рассказывала про важные для нее вещи.
– Это только звучит легко. В крупных университетах свободных мест днем с огнем не сыщешь, а если они и есть, то приоритет все равно за студентами других курсов этого же вуза. Да и к тому же, – Анна решила изучить содержимое полупустой чашки чая, – когда приходишь в коллектив посреди учебного процесса, тебе гораздо сложнее влиться.
– Мне тебя не уговорить. Я же знаю, какая ты упертая, если действительно чего-то хочешь. – Мне оставалось только пожать плечами.
– Вся в тебя.
– Наверное, я просто стал слишком стар. Даже не представляю, как можно жить без ощущения стабильности.
– Не переживай, дорогой, твоя дочь уже достаточно взрослая, чтобы решать самой, что будет лучше для нее.
– Видишь? Теперь у меня есть группа поддержки!
– Тогда мне больше нечего сказать, кроме как «передавай от меня привет Жене».
Нечасто мне приходится охранять собственных противников. Но эта история закручивалась словно петля. Оставив Лизавету со своим молодым помощником, я направилась искать устройство для обнаружения прослушки. Все для того, чтобы позже облазить всю квартиру актрисы. Одних только камер нашлось пять штук, спасибо, что не в ванной. Полицейский, представившийся Димой, только успевал их описывать и упаковывать для дальнейшего изъятия.
Лизавета все это время истаптывала полы в квартире. Несколько раз тянулась к оставленной Димой пачке сигарет, но каждый раз одергивалась как ошпаренная.
– Наконец-то. У меня этот писк уже застрял в голове.
– Они обязательно сюда придут. Мне негде скрыться.
– Может, и придут, только тебя это волновать не должно. Держи, можешь не благодарить.
Девушка замерла. После чего выхватила из моих рук листок и принялась крутить его на свету.
– Подделка?
– Зачем? Поиздеваться?
Могла бы и поблагодарить. Мне стоило огромных трудов временно изменить меру наказания с домашнего ареста на частичное ограничение передвижения. Осталось только незаметно вывезти Лизавету в особо охраняемое место.
– Я уверена, в подъезде тоже скрытые камеры.
– Это не проблема. Ты же у нас хорошая актриса? Вот и пришла пора поработать. Дима, будь добр, отдай нашей подопечной свою куртку. – Оба уставились на меня, хлопая глазами.
– Хорошо, как скажешь.
– Погодите, я не стану это надевать. Я буду выглядеть, как будто меня запихнули в мешок.
– Вот именно. Тебя вообще не будет заметно под капюшоном. Изобрази мужскую походку, волосы спрячь. Не мне тебя учить.
– А ты возьми мой пуховик. И не переживай, это унисекс. Мы все равно одинакового роста.
– Что вы. Я не могу оставить вас зимой без куртки.
– За это не переживай. У Лизаветы отличный гардероб.
– Только попробуй. Ты даже не представляешь, что я с тобой сделаю. – У Лизаветы даже лицо покраснело от гнева, а ногти впились в тонкую кожу, оставив на ней следы.
– Куплю я тебе новое платье, по-твоему, это действительно так важно сейчас?
– Ты даже представить себе не можешь, сколько стоит моя одежда.
– Поверь, очень даже представляю. А сколько жизнь твоя стоит? Пару тряпок? Молчишь? Вот и правильно.
Ранний заход солнца был нам на руку. Лизавета стала почти незаметной в чужой черной одежде. Зато Дима выглядел как радостный подросток с огромным чемоданом наперевес, ведь кое-кто отказался переступать порог без самого необходимого. Даже мои ругательства не спасли от сборов на несколько часов, куда входили даже выбор пены для ванны среди коллекции на десяток пахучих бутылочек. Теперь у меня поджимало время, нужно преобразиться настолько быстро, насколько это возможно.
