Прежде чем повернуть ручку, Эйлин, сверкнув глазами на надпись, показала ей язык. В этом жесте не было ни капли ненависти к Джин Фаррис или неприязни к тканям как таковым. На самом деле она безмерно восхищалась первой и щедро дарила свои способности и таланты вторым. Насмешливо высунутый язык всего лишь свидетельствовал о ее скептическом взгляде на жизнь в целом и твердом намерении не забывать о чувстве меры даже перед входом в святилище. Тем более что она была акционером этого самого святилища.
Небрежно кивнув на ходу пухленькой невысокой женщине за письменным столом в приемной, мисс Делани прошла через другую дверь в помещение за перегородкой. Здесь царила деловая обстановка, можно сказать, суета, а в воздухе стоял непрерывный шум. Помещение представляло собой огромный зал на всю длину фасада здания и шириной в треть длины. Брусья деревянных каркасных конструкций высотой девять футов образовывали дикую неразбериху из горизонтальных и вертикальных линий, ощущение от которой еще больше усиливалось от бесконечных рядов шпулей и нитей, натянутых в прорезях стальных направляющих, от скользящих вперед-назад челноков и от непрерывного мелькания рук сидящих за ткацкими станками людей. При всем при том в помещении не слышалось машинного гула: все станки были ручными.
Эйлин Делани прошла по широкому проходу, на секунду задержавшись возле станка, за которым черноволосая смуглолицая женщина с сильной прямой спиной гоняла челнок, после чего направилась к суетливому пожилому мужчине с трубкой в зубах, устремившемуся навстречу совладелице фирмы.
– Привет, Карл, – поздоровалась мисс Делани. – Ну вот, опять все пропахнет табаком.
– Я так не думаю, – с деланым смирением ответил Карл. – Вы ведь знаете о декатировке[8].
– Да, знаю. Ну хорошо. А почему вы поручили Пакаль ткань для «Мюир и Биб»? Мне казалось, мы договорились…
– Пакаль – отличная ткачиха.
– Несомненно, отличная, но это касается плотных тканей. Она ни за что на свете не сумеет как следует натянуть нити.
– Ничего, справится. Я за ней присмотрю. Джейк сейчас дома. Болеет.
– Да уж, присмотрите. Вы понимаете… если ткань вернут… – Мисс Делани пожала плечами. – Я вам вот что хотела сказать. Кроун говорит, к завтрашнему дню ему нужна натуральная ткань «каша», с узелками. Он уже продал ее некой миссис Ричмонд для спортивного костюма. И теперь она непрерывно названивает ему из Ньюпорта и требует вернуть деньги. Ну как, справитесь?
– Думаю, да.
– Прекрасно. Я позвоню Кроуну. Сниму у него камень с души. – Мисс Делани уже собралась было отойти, но резко развернулась и демонстративно принюхалась. – Даже если вы скажете, что ваша трубка набита чабрецом и розмарином, запах все равно отвратительный.
С этими словами она двинулась в конец широкого прохода, открыла дверь в высокой, до потолка, стеклянной перегородке и оказалась в пропахшем нафталином складском помещении с двумя большими столами, закрытыми полками и ларями. В дальней стене склада имелись еще две двери. Мисс Делани направилась к левой, вошла, постучавшись, и невольно вздохнула.
Она всегда вздыхала, входя в эту комнату, хотя со временем поняла, что царящий здесь хаос объясняется скорее не беспорядком, а законами пространства. Бесчисленные тысячи бобин, катушек и мотков пряжи – льна, шелка, хлопка, шерсти, кашемира, шетландской шерсти, мохера, ламы – лежали на полках и стеллажах, свисали со спинок стульев и крючков на стенах. Стены украшали атласы цветов, квадратные и прямоугольные лоскуты тканей, эскизы, рисунки, куски материи, образцы узоров на старинном текстиле и множество не поддающихся классификации предметов. Пряжей и тканями были набиты пакеты, коробки и корзинки, стоявшие на полках, столах и на полу. На самом большом столе валялись листы бумаги разного размера, мелки, карандаши, ножницы, клей и прочая мелочовка, а также очередные мотки пряжи и лоскутки ткани.
На высоком табурете возле стола сидела молодая женщина в замызганном синем рабочем халате, который тем не менее выгодно оттенял волосы цвета свежего меда, миндалевидные серые глаза и раскрасневшиеся щеки. Было не совсем ясно, чем именно она занималась, поскольку, когда мисс Делани вошла в комнату, поспешно запихнула что-то под мотки пряжи.
Мисс Делани удивленно вскинула брови.
– Итак, что за дела? – Она приблизилась к столу. – Ей-богу, ты и впрямь покраснела!
Джин Фаррис рассмеялась и развернулась на табурете:
– Ну конечно покраснела. Стук в дверь застал меня врасплох. Я как раз читала статью, написанную Стюартом. Что ж, я не настолько тщеславна, чтобы на это купиться. А ты читала статью?
Мисс Делани окинула Джин скептическим взглядом:
