– Ой, это долгая история…
– Да я вроде никуда не тороплюсь. – Он огляделся.
Палата была на четверых, на одной койке, у окна, спал молодой совсем парень с ногой в гипсе, другая была разобрана, валялось на ней скомканное одеяло, но хозяин койки отсутствовал. Третью койку занимал Максим, четвертая пока пустовала. Ненадолго, сказала мне сестра в коридоре, скоро больного привезут.
– Нам здесь никто не помешает, – сказал Максим.
Я внимательно взглянула на него и проговорила:
– Вообще, нам много нужно друг другу рассказать. И начать нужно… с манускрипта.
– С какого манускрипта? – Он невольно отвел глаза.
– Вот только не надо делать вид, что ты не понимаешь, о чем я говорю! Манускрипт Мельца!
– Что ты знаешь о нем? – Максим смотрел на меня с удивлением и даже, кажется, с испугом.
– Знаешь, лучше уж я расскажу тебе все, что произошло за время твоего отсутствия… А потом ты ответишь на мои вопросы. Предупреждаю: их много, так что готовься.
И я начала рассказывать о том, что случилось со мной за последние две недели.
Он слушал меня с нарастающим удивлением, потом это удивление переросло в самое настоящее изумление, и в конце уже Максим глядел на меня с несомненным уважением.
В процессе моего рассказа распахнулась дверь, и санитары вкатили каталку, на которой лежал больной. Голова его была забинтована, так что совсем не видно лица.
Санитары ловко переложили больного на кровать и ушли, а вошедшая медсестра проверила, все ли в порядке, после чего сказала, что больной спит после наркоза, а когда очнется, чтобы позвали ее. И ушла, а я продолжала свой рассказ.
– Вот, я тебе все честно рассказала. А теперь твоя очередь. Расскажи, как сам ты оказался замешан в это дело.
Максим вздохнул, потом покрутил головой и наконец нехотя заговорил:
– Со мной все просто. Я по профессии книжный детектив…
– Кто?! – переспросила я. – Что это за профессия?
– Я специализируюсь на поиске по заказу библиотек и коллекционеров редких книг и манускриптов.
– Надо же! Не знала, что есть такая профессия. Я грешным делом подумала, что книжный детектив – это герой детективного романа, вроде Шерлока Холмса или Эркюля Пуаро…
– Нет, это вполне реальная профессия, хоть и редкая. Может быть, я один из последних ее представителей. И вот, некоторое время назад ко мне обратился некий таинственный человек…
– Что за человек?
– Честно говоря, я его даже ни разу не видел. Он связался со мной по электронной почте и сказал, что хочет найти знаменитый манускрипт Мельца. В знак серьезности своих намерений и для оплаты моих расходов на поиски он перевел мне на карту вполне приличный аванс – и я начал работать. Я выяснил, что манускрипт, который мне поручено найти, разделен на несколько частей…
– На семь.
– Ну да… и я нашел первый фрагмент…
– Тот, который был спрятан в пакете с кормом для Берри. А его ты нашел у библиотекарши Берты Альбертовны, так? А второй фрагмент ты купил у этого дурака-племянника в галерее?
– Ну да, он от жадности совсем ополоумел, продал мне книгу, хотя обещал другому. Но меня не ограничили в средствах, так что я не торговался… И вот, когда я уже шел по следу третьего фрагмента, меня сбила эта чертова машина…
– Ты об этом ничего не помнишь?
– Последнее, что я помню, – это глаза водителя, который направил на меня свою машину. Это не было случайным наездом, он специально сбил меня! Я помню этот взгляд за стеклами очков…
– В золотистой оправе?
– Да, верно… откуда ты знаешь?
– Этот человек… он постоянно идет по моему следу!
– Наверняка он тоже охотится за манускриптом.
– Но кто он такой? Откуда он знает про манускрипт?
– Не знаю, – честно ответил Максим, – но видно, что он твердо настроен получить манускрипт, раз на убийство пошел.
– Но пока ему немного удалось.
Вдруг Максим нахмурился:
– Какое сегодня число?
– Восемнадцатое ноября.
– Черт, это же последний день!
Он спустил ноги с кровати, попытался встать, но покачнулся и едва не упал.
– Черт… я еще ни на что не гожусь…
– Куда ты собрался? Ты целых две недели пролежал в коме, только сегодня тебя перевели из реанимации – конечно, ты еще не готов куда-то идти!
– Но сегодня последний день…
В голосе его прозвучало отчаяние.
– Последний день чего?
Он все еще молчал, глядя в пустоту.
– Да говори уже! Кажется, мы уже так много рассказали друг другу, что можно уже ничего не скрывать! Говори! Может быть, я смогу тебе помочь!
– Да, ты, конечно, права… не знаю, могу ли я подвергать тебя такому риску…
– Да пока ты лежал в коме, со мной столько всего случилось…
– Ладно… перед тем как я попал сюда, я спрятал тот самый фрагмент манускрипта, потому что заказчик предупреждал меня, что очень опасно держать их вместе, что за ними идет охота…
Уж это я знаю. Но ни за что не скажу, что все фрагменты хранятся у меня в квартире и их охраняет Берри.
– И я уже хотел достать его, но тут как раз это и случилось. – Он выразительно обвел глазами палату. – В результате и третьего фрагмента я не получил, и этот второй могу потерять…
– И где же этот фрагмент?
– На речном трамвае.
– Каком еще трамвае?
