Тамамо стремительно подбежала к Леониду и атаковала его со спины. Лидер гоплитов обернулся, попытался заблокировать глефу щитом, однако жрица Аматэрасу проявила невероятное проворство и перенаправила удар значительно ниже, в ноги гиганта. Но тогда он попросту подставил под её лезвие свои прочные поножи, отразил ими удар, а затем молниеносно схватил Тамамо за шею и на вытянутой руке поднял её над землёй.
— Госпожа Тамамо! — воскликнул один из последователей Аматэрасу и бросился на помощь своей верховной жрице.
Воин взмахнул катаной и со всей силы ударил ею по незащищённой части руки Леонида. На её грубой коже появилась небольшая царапина, но не более. Не удостоив этого противника даже взглядом, полемарх взмахнул щитом и отшвырнул воина в дальний конец арены, после чего тот уже не сумел подняться.
Второй последователь Аматэрасу замер как вкопанный. Он выставил перед собой катану, но та дрожала в его руках, и её лезвие так и ходило из стороны в сторону. Дыхание воина участилось и стало прерывистым, волосы вздыбились, а глаза округлились от приступа панической атаки. Осознавая, что рассчитывать больше не на кого, я создал под ногами Леонида и Тамамо мощную стену огня, которая охватила обоих верховных жрецов целиком.
Когда я ослабил моё пламя, то увидел, как полемарх с интересом разглядывает свою опустевшую руку. Жрица Аматэрасу вышла из огня на краю арены и благодарно кивнула в мою сторону.
— Тебе придётся двигаться быстро! — крикнул я ей и взмахнул рукой, применяя новую стену огня.
Как только новый очаг пламени вспыхнул рядом с Леонидом, из него тут же вынырнула Тамамо и устремила в полемарха глефу. Гигант заблокировал атаку, но прежде, чем он успел ещё что-либо предпринять, жрица вновь растворилась в огне и появилась в том же конце арены, что и в прошлый раз. Я воплотил огонь с другой стороны от полемарха, и мы с Тамамо повторили проведённый манёвр. В этот раз Леонид с трудом избежал ранения, а когда жрица растворилась, он принялся отстёгивать от своей руки щит.
Беглым взглядом я увидел, что Камос всё ещё лежит на земле. Подчинённый Эрдема перекатился набок и залился кровавым кашлем. Мальшторм же успел оклематься, поднял с земли свой гладиус, а затем встал на ноги.
Тамамо вновь атаковала полемарха из огня, и в этот раз ей удалось оставить глубокий порез на его ноге. Затем она снова растворилась, а Леонид на опережение метнул свой щит в то место, которая жрица использовала в качестве площадки для обозревания боя. В миг, когда она воплотилась там вновь, щит на полной скорости влетел в её туловище и повалил наземь. Почти сразу же после этого огонь на краях арены начал стремительно угасать.
Я выбежал из-за силового щита и, выпустив в Леонида на ходу пару водяных резаков, поспешил на помощь Тамамо. Полемарх без особого труда заблокировал оба снаряда своим наручем, а затем направился следом за мной, но на его пути вырос Мальшторм.
— На что вы надеетесь? — сухо спросил Леонид у своего подчинённого. — Вы ведь уже проиграли.
— Я всё ещё дышу, мой полемарх, — ответил Мальшторм, и его тело начало покрываться тонким слоем мышечных волокон из псевдоплоти. — Вы не учили нас сдаваться, пока мы ещё способны дышать.
Лицо гиганта вновь оживилось, и он одарил стоящего перед ним гоплита взглядом, полным одобрения и уважения.
— Подними её на ноги, Вальдер! — крикнул мне Мальшторм, не отворачиваясь от полемарха. — Без Тамамо нам ни за что не победить!
Я придерживался того же мнения. Развеяв несколько своих уже ставших бесполезными заклинаний, я подбежал к жрице, склонился над ней и заглянул ей в глаза. Тамамо тяжело дышала, но, похоже, потеряла сознание.
— Дьявол, — тихо произнёс я себе под нос.
Мой взгляд зацепился за щит Леонида, лежащий подле меня и жрицы Аматэрасу. Я бегло посмотрел на полемарха, а затем отложил Йормунганд в сторону, сконцентрировал в пальцах ману и потянулся к щиту.
Несмотря на активацию своей боевой формы, Мальшторм продержался весьма недолго. Леонид поймал лезвие его гладиуса голой рукой, затем вцепился второй в край щита воина, а после с размаху ударил своим шлемом о шлем противника. За первым подобному колокольному звоном последовал второй, а за ним третий и четвёртый. После пятого удара мышечные волокна на теле Мальшторма начали растворяться, а сам он покачнулся и упал на землю. Полемарх постоял некоторое время, разглядывая обмякшее тело своего подчинённого, а затем обернулся и направился в мою сторону.
— Похоже остались только мы с тобой, — сказал мне Леонид, проходя мимо всё ещё стоящего в оцепенении воина Тамамо. — Признаю, большинство из вас билось достойно. Впрочем, едва ли ты способен мне навредить. В сравнении с огнём Сфинкса твои молнии всё равно что булавки. Сдавайся.
— Это в мои планы не входит, — ответил я, подняв с земли Йормунганд и выпрямившись в полный рост.
— Смотрю, ты перенял часть нашего воинского духа. Славно! Но этого будет мало.
