Русские суеверия полностью

Кот, кошка – традиционные обличья домового либо его спутники: кот – «родственник домового» (арханг.); домовой является в виде рыжей кошки (костр.). В Ярославской губернии старались держать кошек определенной масти, «чтобы угодить домовому»; кошка – «любимица домового» (томск.). «Без кошки да без бабы нет в доме хозяйства; без них и домовой со двора уйдет» (орл.).

Облики животных, пресмыкающихся, птиц обычно принимает домовой, обитающий во дворе. По поверьям Орловщины, он может быть не только кошкой, голубенком, собакой, но и «любой скотиной».

Нередко домовой-дворовой – змея (уж, гадюка) (см. ЗМЕЯ ДВОРОВАЯ). Домовой – крыса, лягуха, гад (олон.). Представляют его и лаской (например, в Приуралье – 〈Зеленин, 1936〉). В поверьях некоторых районов России прослеживается связь «ласки – хозяйки двора» со «скотьим богом Велесом» – ее именуют «Влас, ласка, дворовый хозяин» (ленингр.) 〈Черепанова, 1983〉.

Домовой – петух (новг.). Петуха повсеместно считали охранителем двора и дома; ср.: если петух поет очень рано, то есть до полуночи, – знак, что он видит дьявола и хочет его прогнать своим пением (яросл.).

На Псковщине «дворовый хозяин» – змея с петушиным гребнем. «Дворовик днем бывает как змея, у которой голова, как у петуха, с гребнем, а ночью он имеет вид и цвет волос как у хозяина [дома]» 〈СРНГ, 1972〉.

Домовой – полумедведь-получеловек (медведь с человеческими ступнями и головой) (тамбов.); домовые «на взгляд неуклюжи, как медведи», – руки и ноги их толстые, они покрыты шерстью (тульск.).

Всех животных и пресмыкающихся, которые могли быть воплощением домового-дворового, запрещалось убивать в пределах двора, дома и подле них. Убийство возле дома лягушки, гадюки влечет падеж лошадей, коров; смерть людей (новг.). «У одного крестьянина все коровы пали оттого, что он убил крысу, в виде которой пришел к нему дворенник» (олон.).

Обличье домашней птицы, домашнего животного для домового-дворового естественно. Образ домового-змеи, домового-зверя сохраняет черты предка-родоначальника, «хозяина» принадлежавших роду территорий. Учитывая, что «в отдаленные времена предок-родоначальник носил териоморфные черты, можно не без основания ожидать увидеть таковые в современных представлениях о домашних духах» 〈Харузина, 1906〉.

«Животное – предок и сородич», родовое божество – с распадением родового строя становится предком и покровителем отдельной семьи, двора, дома 〈Токарев, 1990〉. Подобное существо не могло, конечно, исходно подразделяться на «домового» и «дворового». Это отразилось и в позднейших верованиях крестьян.

Животные и птицы, сопутствующие домовым, дворовым духам, «угодные им или неугодные», знаменуют нередко прежние (скрытые) образы домовых, дворовых «хозяев» 〈Харузина, 1906〉. Чаще всего в поверьях и несказочной прозе домовому сопутствует лошадь.

Домовой (дедушко-суседушко) – «благообразный седой старичок маленького роста», который живет по хлевам и скотным дворам. «Занятие его – ухаживать за скотом, кормить и холить его. В особенности пристрастен он к лошадям… Как любит, так и ненавидит домовой „по мастям“, то есть по цвету шерсти, почему народ и старается подбирать лошадей с мастью „по двору“» (нелюбимую лошадь стараются сбыть за бесценок «хоть цыгану», которые пользуются этим, распространяя суеверия) (волог.) 〈Кичин, 38〉. «Домовой не полюбит [скотину], не что возьмешь» 〈Даль, 1880〉.

Предпочитая скотину той либо иной масти, домовой-дворовой сам имеет определенную «масть», цвет шерсти (волог., тульск.); он – гнедой, вороной, белый либо пегий (курск.). Шерсть скотины должна быть подобна шерсти домового (калуж.). «Идет ко двору» и скот под цвет волос крестьянина, хозяйствующего в избе, ибо домовой «волосом бывает в самого домохозяина» (владимир.) 〈П-ков, 1900〉.

Домовой «проявляет свою деятельность только на скоте. Если животное, несмотря на уход, худеет, значит не ко двору, домовой не любит; иногда он не любит какой-нибудь масти… Случается, что у коровы отнимается и не владеет зад; объясняют – домовой ударил» (костр.). Владимирские крестьяне наблюдали, как ведет себя скотина во время заутрени: если лежит смирно, то она «ко двору»; если же ворочается и стоит, то «не ко двору».

Получив скотину себе «в масть», «по двору», домовой холит ее, поит, кормит. Он заплетает лошадям хвосты и гривы (точно так же домовой плетет, путает волосы людям и даже лижет их – см. ЛИЗУН). Эти «косы» ни в коем случае нельзя расплетать: «Домовой начал плесть лошади гриву в косу, коса вышла долгая, мужик взял да ее и подровнял, остриг несколько; приходят на другой день, а коса-то выдрана с мясом – в хлеву и валяется» (владимир.).