Первый отряд земской рати подошел к столице 3 августа 1612 г. Решающим событием в борьбе за Москву стала битва 22–24 августа. Ходкевич, напрягая все усилия, чтобы прорваться в Кремль и доставить туда обоз с провиантом, бросил все силы на ополчение Пожарского. С тыла на него сделал вылазку кремлевский гарнизон. Однако наступление поляков было отбито, и, понеся большие потери и не сумев забросить в Кремль людей и провиант, Ходкевич вынужден был уйти из-под Москвы к Вязьме.
После неудачного наступления гетмана участь интервентов в Москве была решена. К началу сентября голод в Кремле приобрел катастрофические масштабы. Осажденные съели всех собак и кошек, доходило до людоедства. Первоначально командующие кремлевским гарнизоном полковники Струсь и Будила старались удержать в Кремле членов семей бояр в качестве заложников. Но когда голод в крепости усилился, полковники решили избавиться от лишних ртов.
Старица Марфа вместе с сыном Михаилом Романовым покинули Кремль вместе с другими выселенными семьями. Опасаясь за своих родных, члены московского боярского правительства направили особое послание Д. Пожарскому. Бояре просили, чтобы земские ратные люди приняли без позора членов их семей. Пожарский позаботился о том, чтобы принять семьи бояр-изменников с подобающей честью. Он лично выехал к крепостным воротам и провожал толпу женщин и детей в земский лагерь, не дав казакам сурово наказать кремлевских сидельцев. Беженцев разобрали к себе земские дворяне по родству и свойству. По предположению Р. Г. Скрынникова, Марфу с Михаилом забрал к себе ее племянник Борис Салтыков, служивший в ополчении Минина и Пожарского.
22 октября был взят Китай-город. Завязались переговоры, и 27 октября 1612 г. польский гарнизон сдался. Освобождение Москвы отрядами народного ополчения стало событием, послужившим началом конца в русской Смуте. Это четко осознавали современники, описывая его как важнейшее переломное событие в судьбе Родины. Они не скрывали своей радости и облегчения, которые охватили весь народ, за судьбу государства, которое чуть было не лишилось своей независимости, но вновь воспрянуло из всеобщего хаоса в связи со столь знаменательным событием: «снова сыны русские обрели врата отечества и достояние древнего — город Москву, снова наступила весна благодатного бытия и разлились струи светлотекущего жития, ибо долгожданной надежды нашей… свет воссиял, и… от предела Российской земли и до ее окраин народ православный, малые люди и великие… обогатились богатым разумом… и светом добрым слепного согласия все озарились».
По мнению большинства современников, взятие столицы произошло благодаря божественному вмешательству. Но наряду с провиденциалистскими суждениями зарождались новые формы в осознании окружающей действительности, основанные на рационалистской историософии. Это видно из того, что людям современники отводили не последнюю, а иногда и главную роль в свершении важнейших событий. Так, автор «Летописи о многих мятежах…» хоть и писал, что Бог вселил в людей надежду и храбрость, тем не менее считал, что Москва была освобождена «начальников радением и ратных людей службою». Эта мысль прослеживается почти у всех авторов — современников Смуты. Для некоторых из них именно люди были главными свершителями событий.
С освобождением Москвы земские люди получили возможность приступить к избранию главы государства. В общественном сознании русского общества возникает новая политическая идея государя — избранника народа.
Мнения разделились. Польские шпионы доносили, что казаки в Москве стоят за избрание на трон кого-нибудь из русских бояр, тогда как представители знати хотят возвести на царский престол чужеземца. Избрание на трон Владислава принесло Москве неслыханные беды и страдания, и народ более не желал слышать о королевиче. Кандидатура Владислава более не обсуждалась на избирательном соборе. По поводу польского королевича Владислава летописец прямо писал, что все готовы были умереть, лишь бы «королевича на царство не имати». Хотя те же современники писали о целовании креста Владиславу, но оговаривая, что это делали не многие и самые «скверные» русские изменники.
