С пребыванием Михаила в Костроме связана история об Иване Сусанине. Легенда гласит, что поляки заблаговременно узнали об избрании Михаила на царство и решили убить его, дабы усилить шансы королевича Владислава. Где точно находился Михаил, поляки не знали, и тогда они схватили старосту принадлежавшего Романовым села Домнина Костромского уезда Ивана Сусанина и пытали его страшными пытками, заставляя признаться, где находится Михаил. Сусанин ничего не сказал и был замучен врагами до смерти. Однако об этом нигде не упоминалось до 1619 г., когда зять Сусанина Богдан Собинин обратился к царю с челобитной, в которой сообщал, что его тестя замучили литовские люди, желая узнать, где скрывается государь. Тогда же Богдану Собинину была выдана царская жалованная грамота, подтверждающая геройское поведение Ивана Сусанина, и денежное вознаграждение.
В XIX в., с подачи С. М. Соловьева, эта история получила очень широкую огласку. Композитор Федор Глинка в своей опере «Жизнь за царя» пошел еще дальше. У него Сусанин завел поляков в лес, где все они погибли от холода и голода, предварительно расправившись со своим проводником. Тем не менее многие историки сомневались в правдивости этой истории. Еще в середине XIX в. Н. И. Костомаров писал, что свидетелей подвига Сусанина не было, он был один, так как если бы они были, их бы тоже замучили либо они рассказали, где находился Михаил. А раз так, то неизвестно, за что именно замучили Сусанина. По мнению А. Б. Широкорада, никаких польских отрядов зимой 1612–1613 г. в районе Костромы просто не могло быть. С точки зрения А. Л. Станиславского, Сусанина замучили воровские казаки, которые пограбили Русский Север и теперь шли мимо Костромы на юг. Как считает Р. Г. Скрынников, Сусанин погиб от рук одной из шаек, бродивших тогда по всей России в поисках наживы, и подобное происшествие было очень обыкновенным для того времени.
Как представляется, в действительности искали Михаила представители посольства из Москвы. 13 марта послы прибыли в Кострому, где узнали от местных воевод, что Михаил с матерью находятся на богомолье в Ипатьевском монастыре. 14 марта духовенство возглавило крестный ход в монастырь. Там Михаилу и его матери подали писание от Земского собора об избрании его на царский престол Русского государства. Старица Марфа «с великим плачем» наотрез отказалась благословить сына на царство. Михаил также заявил, что не хочет быть царем, боясь ослушаться воли матери. Аргументами Марфы были молодость сына, наглядные примеры прежних измен государям Борису Годунову, Лжедмитрию I, Василию Шуйскому, нахождение в польском плену отца Михаила — митрополита Филарета, которому поляки велят «какое зло учинить», узнав об избрании его сына. Только после шестичасовых переговоров Михаил с матерью согласились подчиниться приговору Земского собора, и шестнадцатилетний юноша в местном соборе был наречен на царство боярами и митрополитом Феодоритом.
Беда Михаила была в том, что он оказался совершенно неподготовленным к роли великого государя. С четырех лет он был насильственно разлучен с родителями, попал под стражу и был сослан в заточение. Столь гибельные перемены сказались на характере Михаила, выработав в нем такие черты, как смирение, терпение, склонность подчиняться чужой воле и приспосабливаться к любым неблагоприятным условиям, в то время как в хаосе Смуты стране нужен был решительный и опытный самодержец. Последующие годы, проведенные Михаилом в осажденной Москве, были потеряны и для учебы. Михаил Федорович не смог получить даже традиционного образования. Как писал о Михаиле очевидец событий голландец Исаак Масса, «он вполне необразован и до такой степени, что мне неизвестно, может ли он даже читать письма».
19 марта Михаил
Почти два месяца царский поезд двигался из Костромы в Москву. Все это время царь слал к столичным властям грамоты с требованиями обустроить царский быт и навести безопасность на дорогах. И ни одного военного, административного или иного государственного распоряжения. Наконец 2 мая 1613 г. царь Михаил торжественно въехал в столицу.
