Обсуждалась на соборе в Москве и кандидатура шведского герцога Карла Филиппа. Однако переговоры со шведами представители земского ополчения вели, домогаясь прежде всего присылки шведских отрядов под Москву. После захвата шведами в 1611 г. Новгорода ближайшей задачей правительства Пожарского было не допустить захвата шведами обширных новгородских владений. Со слов летописца, шведскому посланнику по поводу принятия шведского королевича был дан следующий ответ: «того у нас и на уме нет, чтоб нам взяти иноземца на Московское государство; а что мы с вами ссылалися… для того, чтоб не пошли в Московские городы; а ныне бог Московское государство очистил; и мы рады с вами за помощью божию биться и итти на очищение Новгородского государства». Но современники не скрывали, что и шведскому претенденту некоторые присягали на верность, однако отмечали, что эту присягу «немцы» получали насильственными методами.
Почему в конце концов выбор пал на Михаила Романова? Обычно указывают на то, что кандидатура Михаила стала тем компромиссом, который объединил различные политические силы и сословия государства. К январю 1613 г. в Москву съехались выборные представители из городов от духовенства, служилых и посадских людей, дворцовых и черносошных крестьян. В январе Земский собор приступил к выборам.
Первые же недели заседаний собора показали, что выборы грозят затянуться на долгое время. На царский трон претендовали многие знатные фамилии, и никто не желал уступать дорогу другому. Современники описывали прения между выборщиками во время заседания Собора 1613 г. Так, автор Хронографа видел причину разногласий в выборе кандидата в том, что «сговориться не могли, ибо жили вдали друг от друга, но собрались все как равные в едином совете». Подобное суждение находится и в «Новом летописце»: «И много избирающи исхаку, не возмогоша вси на единаго согласитися; овни глаголаху того, инии же инаго, и вси разно вещаху, и всякий хотяше по своей мысли учинити; и тако препроводиша немалые дни». Но не у всех современников мы найдем описание разногласий по поводу кандидатуры царя. Нет этого, к примеру, в произведениях Авраамия Палицына, дьяка Ивана Тимофеева. Все произведения, за исключением «Повести о Земском соборе 1613 года», не называли имен соискателей царского престола, кроме Михаила Романова. У авторов, да и то не у всех, находились лишь указания на то, что они были. Такое осознанное умолчание может показаться странным. Но, возможно, у части публицистов были политические мотивы для умолчания об именах конкурентов Романовых. Если учесть, что большинство произведений создавалось уже во время царствования Михаила Федоровича, то, назвав имена претендентов на трон, которые продолжали свою деятельность при новой династии государей, можно было их скомпрометировать в глазах общества. Возможно, такая позиция современников была просто политически корректной.
Единственный, наверно, публицистический источник, в котором конкретно назывались претенденты на царский трон, — это так называемая «Повесть о Земском соборе 1613 г.». В ней приводится список, состоящий из восьми кандидатов. В соответствии с местническими порядками первым назван князь Федор Иванович Мстиславский, вторым князь Иван Михайлович Воротынский, третьим князь Дмитрий Тимофеевич Трубецкой, четвертым Иван Никитич Романов, пятым князь Иван Борисович Черкасский, шестым Феодор Иванович Шереметев, седьмым князь Дмитрий Михайлович Пожарской и восьмым князь Петр Иванович Пронский. Имя стольника Михаила Романова вообще в списке не упоминалось. Интересное дополнение к этому списку приводит А. Л. Станиславский, сообщая, что в 1635 г. дворянин Л. Сурнин в пылу ссоры сказал, что «Дмитрий Пожарский воцарялся, и стало ему в двадцать тысяч». Повесть о попытках князя Пожарского добыть себе царский престол умалчивает, но описывает, как Дмитрий Трубецкой полтора месяца устраивал для казаков пиры, надеясь на их поддержку при выборах. Автор повести при этом явно смеется над Трубецким, так как казаки на пиры ходили, но поддерживать его совсем не собирались: «Казаки же честь от него приимающе, ядяще и пиюще и хваляще его лес-тию, а прочь от него отходяще в свои полки и браняще его и смеющеся его безумию такову».
Бояре хотели выбрать царя посредством жребия из указанных восьми претендентов. Против этого активно выступили казаки, считая что такой выбор будет «не по божии воле, но по самовластию». Принцип жеребьевки, как и сам список претендентов, был отклонен и Земским собором. Шло время, стране необходим был государь, дабы положить конец Смуте. Вот тогда и всплыла кандидатура Михаила Романова.
В противовес боярской воле казаки противопоставили свою волю — молодого Михаила Федоровича. Уже много лет казаки служили разным государям, но обещанного жалования за военную помощь так и не получили. Поэтому они были уверенны, что от молодого Михаила легче будет востребовать найм за все годы службы, тем более что своим воцарением он будет полностью обязан казакам.
