В пользу Михаила сыграло и родство Романовых с прежней династией Рюриковичей по женской линии. В их пользу были и старые слухи, будто царь Федор Иванович, умирая, завещал престол своему двоюродному брату Федору Никитичу, отцу Михаила. В среде боярства у Филарета были обширные связи, но сам род Романовых оказался сильно ослаблен репрессиями со стороны Бориса Годунова, да к тому же сам Филарет находился в польском плену. Поэтому боярские династии могли не опасаться, что от имени юного царя начнут править многочисленные родственники. Сохранилось даже предание о том, что Федор Шереметьев якобы писал в Польшу князю Василию Голицыну: «Миша-де Романов молод, разумом еще не дошел и нам будет поваден». Простой народ привлекало и то, что Филарет пострадал за общерусские интересы.
Бояре поручили переговоры с волнующимся народом, требующим немедленного избрания государя, Ивану Никитичу Романову, который заявил, что этот кандидат «еще млад и не в полном разуме». Однако его речь не произвела впечатления на членов Земского собора. Казачьи атаманы в ответ заявили дяде Михаила, что «ты стар и в полном разуме и ему крепкий потпор будешь». И только после жесткого напора со стороны казаков бояре, будучи «все страхом одержими и трепетни трясущеся», присягнули на верность Михаилу. А уже потом присяга была перенесена на площадь. Таким образом, не голосование выборщиков, а угроза мятежа определила успех Романовым.
21 февраля 1613 г. Собор своим торжественным актом утвердил выбор нового царя. При этом в отличие от прежних «выборных» царей — Бориса Годунова и Василия Шуйского, избрание которых не считалось достаточным оправданием их власти, в которых отчасти видели узурпаторов, избрание на царство «всей землей» Михаила Романова считалось таким же законным делом в сознании народа, как если бы это был истинный, наследственный царь. Но, тем не менее, людская воля в избрании самодержца вызывала сомнение в обществе, которое еще придерживалось традиционного средневекового мировоззрения. Нужно было божественное оправдание содеянному.
Часть русских современников видела в выборе Михаила Федоровича Романова только волю всемогущего Бога. И. Тимофеев писал, что избрание Михаила было изначально предопределено божественным провидением. Другой современник Авраамий Палицын был уверен, что мысль об избрании Михаила в людей вложил сам Бог. Такой взгляд на избрание царя характерен для многих современников, в том числе и для летописцев. Таким образом, законность «земного» избрания государя подтверждалась и укреплялась божественной волей: «Но и сие всем известно бысть, яко не от человек, но воистину от Бога избран великий сей царь».
Однако в русском обществе начала XVII в. уже выработалась мысль о необходимости деятельного земского участия в делах страны, тем более в избрании государя. Новой политической силой становится воля народа, и в избрании царя другая часть современников отводила ей далеко не последнее место. В произведении князя С. И. Шаховского мы вообще не найдем ссылки на Бога в избрании царя: «и вот однажды сошлись все люди воедино… и заключают договор, что не уйдут с этого места до тех пор, пока не изберут царя… Размышляли люди эти не один час, и наконец все единодушно воскликнули: «Пусть возведут на престол царя Михаила».
Основываясь на этих суждениях и оценках современников, можно увидеть определенные перемены в настроениях общества. Изменялся старый привычный взгляд на государя. В Смутное время русское общество приучалось действовать самостоятельно при слабых, с точки зрения легитимности их власти, царях и при их полном отсутствии в период с 1610 по 1613 гг. Такой резкий, небывалый до этого перелом в привычном политическом укладе не мог пройти бесследно для сознания. В общественном сознании возникает новая политическая идея государя — избранника народа. Вырабатывается мысль активного общественного участия в вопросах государственной жизни. И определенная часть современников уже не считала нужным постоянно объяснять все происходящее волей всевышнего, «апеллировать» в своих суждениях и оценках к Богу.
Интересен тот факт, что во время заседания Земского собора 1613 г. и избрания царя самого Михаила Романова в столице не было. На его поиски было снаряжено большое посольство под руководством архиепископа рязанского Феодорита. Только главные бояре могли наречь государя на царство. Однако Мстиславский и другие руководители Боярской думы уклонились от такой чести. Миссия была возложена на родственника Михаила — Федора Ивановича Шереметева. Шереметев был женат на двоюродной сестре старицы Марфы, матери Михаила.
Прошло полторы недели после избрания, прежде чем посольство покинуло столицу. Никто точно не знал, где находился Михаил с матерью. В наказе послам говорилось: «ехать к государю царю и великому князю Михаилу Федоровичу вся Руси в Ярославль или где он государь будет». Послы отправились из Москвы 2 марта 1613 г. Михаила с матерью удалось обнаружить в Костроме в Ипатьевском монастыре.
