Из четырех иконостасных образов образ Богоматери удался художнику особенно. Это один из его несомненных шедевров – женственно-нежный и вместе с тем печальный образ матери, предчувствующей трагическую участь сына.
Написана Кирилловская Богоматерь, как поэтично указывают искусствоведы, «на золотом фоне, в одеянии глубоких, бархатистых темно-красных тонов, подушка на престоле шита жемчугом, у подножия – нежные белые розы. Богоматерь держит младенца на коленях, но не склоняется к нему, а сидит выпрямившись и смотрит перед собой печальным вещим взором. В чертах и выражении лица мелькает какое-то сходство с типом русской крестьянки, вроде многотерпеливых женских лиц, что встречаются на картинах Сурикова».
Архитектура Кирилловской церкви хорошо сохранилась с XII в. Перестройки XVII–XVIII вв. выразились в основном в перекладке части сводов, достройке четырех боковых куполов, возведении пышного фронтона над входом, оформлении окон и порталов лепным декором. Древние архитектурные формы четко читаются под этими достройками.
Древняя архитектура Кирилловской церкви и ее замечательные настенные росписи делают этот памятник одним из самых ценных и интересных.
Киев должен быть благодарен выдающемуся русскому скульптору Михаилу Осиповичу Микешину, который создал не только памятник «Тысячелетие России» (1862) в Великом Новгороде, императрице Екатерине II (1873) в Петербурге, а еще и памятник гетману Богдану Зиновию Хмельницкому, в самом сердце старого Киева, на площади перед колокольней Софийского собора (1888). В том самом злополучном году, когда 17 (29) октября на Курско-Харьково-Азовской (ныне Южной) железной дороге произошло крушение императорского поезда и семья государя Александра III Александровича уцелела чудом. Но это и год 900-летия Крещения Руси!
За что благодарить скульптора Микешина? За высокий творческий дар, обращенный в данном случае на службу Малороссии. Так же поступали и выдающиеся мастера, создавшие знаменитый Владимирский собор, закончив работы все к тому же 1888 году.
Микешин сотворил подлинный шедевр, ведь, с какой политической точки зрения ни погляди на этот памятник (возведенный на добровольные пожертвования), он остается прекрасным деянием рук человеческих, творческого гения. И с какой точки поверхности на него ни смотри – со всех сторон увидишь лишь красоту и гармонию.
Неслучайность выбора места для установки памятника гетману-объединителю, торжественно открытого 11 июля 1888 г. на Софийской площади Киева в контексте празднования 900-летия Крещения Руси, очевидна. Именно на этой площади в декабре 1648 г. киевляне встречали казацкие полки во главе с Б. Хмельницким, вступившие в город после победы над польской шляхтой под Пилявцами, именно здесь в январе 1654 г., после Переяславской Рады, население Киева встречало московских послов во главе с боярином Бутурлиным. Забегая в историческую даль, скажем, что и в ноябре 1943 г. на площади Хмельницкого собралось население освобожденного Киева, приветствуя воинов-победителей.
Это энергетическое место оформилось таковым – после окончания строительства Софийского собора, когда площадь перед собором стала общественным центром города, где, в частности, проходило вече, а начиная с XVI века – торги и ярмарки. После возведения комплекса Присутственных мест размеры площади значительно сократились, в то же время сделав ее компактней.
Фигура гетмана на коне была установлена на гранитном постаменте – архитектор В. Николаев (!) – в центре площади, став и в эстетическом смысле центром архитектурно-плановой композиции площади.
Идея создания памятника возникла по инициативе историка, профессора Киевского университета Николая Костомарова еще в 1840-х гг. После получения разрешения от правительства в 1860 г. был создан комитет во главе с Михаилом Юзефовичем – профессором университета, главой Киевской археографической комиссии.
