Иноземные мастера для производства построек приглашались и после Андрея Боголюбского, при великом князе Всеволоде; доказательством может служить упоминание летописца как об исключительном случае, что епископ Иоанн для возобновления разрушавшегося от старости Суздальского собора «не искалъ мастеровъ отъ Нѣмецъ». Под именем «нѣмцевъ» нужно разуметь вообще иностранцев, так как и теперь в народе иногда придается это название всем западным людям без различия. На Западе в это время господствовал так называемый «романский» стиль архитектуры. Если обратиться к анализу форм владимирских храмов, то не трудно видеть, что многие частности действительно романского происхождения. Так, например, порталы (с откосами наружу и с колонками) – романские; пояса, идущие вокруг храмов и состоящие из полукруглых арочек, поддерживаемых колонками на фигурных подставках, – также романские; колонки, украшающие пилястры с их капителями, – западного происхождения; окна – романской формы; украшения куполов – романские. Даже самая система украшать наружные стены прилепами ведет свое происхождение из Ломбардии и Франции.
Однако иностранные зодчие придали только свою художественную романскую окраску тем формам храма, которые сделались уже типическими на Руси. Они не изменили основных своеобразных особенностей, какими отличался тип храма, созданный в XI веке под влиянием Византии.
Эти особенности лишь несколько видоизменились и состоят в следующем:
1) план церкви приближается к квадрату; стены сложены из камня; четыре столба, поддерживающие купол, разделяют весь план крестообразно;
2) алтарная часть выдается тремя полукруглыми выступами, из которых средний более двух остальных;
3) четыре столба поддерживают главу, состоящую из круглого барабана и очень плоского купола;
4) фасады церкви разделены на три части «лопатками», начиная с основания здания до самой кровли, где они соединяются тремя полукружиями. К лопаткам примыкают тянутые полуколонны, украшенные ничего не несущими капителями;
5) крыша была посводная. Т. е. загибалась по числу полукружий;
6) отсутствие всякой постройки для колоколов.
Вот те своеобразные особенности, которые составляют главные отличительные признаки церквей Суздальской земли и которые сближают их с киевскими церквами.
О гражданском зодчестве Суздаля мы не можем составить себе почти никакого представления, ибо единственная уцелевшая до нас постройка, относящаяся к той же эпохе, что и описанные храмы, – «палаты Андрея Боголюбскаго», – едва ли могла быть типичной для своего времени и скорее представляла известное исключение. Собственно палатами назвать эту постройку нельзя, и очень вероятно высказанное в литературе предположение, что эта древняя башня, примыкающая к церкви Рождества Богородицы, была только каменным переходом из дворца в дворцовую церковь, самый же дворец был деревянный, а для «палаты» башня является весьма мало подходящей[132].
Как бы то ни было, но в четырехугольной башне Боголюбова монастыря мы имеем памятник, несомненно, XII века. Над ней надстроена колокольня, совершенно исказившая этот каким-то чудом доживший до нас остаток глубокой древности, но все же стены древней части и их украшения и сейчас еще ясно говорят о родстве этой постройки с храмами суздальской земли. Посредине стены мы видим протянутый знакомый арочный пояс с бегущей над ним дорожкой из каменных ребер. Стены эти производят поистине глубокое впечатление среди безмолвия безлюдной обители, и от них не хочется уходить снова в шумный город.
В первой половине XIV века, в княжение Ивана Даниловича Калиты, начинается возвышение Москвы. При Калите воздвигаются в Москве каменные церкви. В XIV веке Москва вообще была почти исключительно деревянным городом.
Каменные здания считались такой редкостью, что летописи упоминают о них наряду с государственными событиями. Калита сооружает соборы Успенский и Архангельский и церковь Спаса на Бору. Первые два храма были разобраны при Иване III. Церковь Спаса на Бору уцелела до нашего времени. Она выстроена из белого камня, так же как и владимирские храмы. Древняя кладка еще и теперь сохранилась вышиной приблизительно в рост человека. Остальная часть, сделанная из кирпича, есть позднейшая переделка. Хотя в настоящее время древняя часть церкви так окружена пристройками, что по наружному виду трудно составить себе понятие о первоначальном виде церкви, однако при взгляде на план легко отличить самую древнюю часть: это четырехугольник с тремя алтарными выступами и четырьмя столбами внутри. Церковь была одноглавая, кубического типа.
