На противоположной стороне улицы, домов не было — только парк. И за низкой каменной оградой, тянувшейся вдоль тротуара, нс было деревьев. У ограды они нашли стреляную гильзу и пришли к выводу, что убийца стрелял именно оттуда, с гораздо более близкого, чем обычно, расстояния, сумев снести Коэну полголовы. Услышав выстрел, Клинг выскочил из участка, сбежал по лестнице и углубился в парк, наугад петляя по дорожкам и прочесывая кусты, но убийца исчез.
Рядовым патрульным участка все это начало казаться очень забавным. Когда человека убивают на ступеньках полицейского участка — это довольно мрачный образчик черного юмора, но тем не менее он их очень веселил. Всем им было известно, что в тот день детективы звонили в прокуратуру и что Коэна полдня продержали в участке, и теперь они острили по поводу того, что он уже не сможет подать в суд за незаконный арест, поскольку кто-то очень своевременно убил его. Один патрульный в шутку сказал, что детективам осталось еще немножко подождать, и когда все участники пьесы, будут мертвы, — убийства автоматически прекратятся и можно будет идти домой спать. Другой выдвинул идею получше^ предложив действовать методом исключения — когда в живых останется всего один участник пьесы, то почему бы ему и не быть убийцей?.
Но Карелле было не до смеха. Он знал, что ни Томас Ди Паскуале, ни Элен* Вейл, не убивали Коэна, так как оба они передвигались по городу в сопровождении полицейских, не выпускавших их из виду. С другой стороны, Льюис и Маргарет Рэдфилд покинули участок в час дня, за три часа до того, как Коэн вышел на крыльцо и получил пулю в голову. Детектив Мейер Мейер был немедленно отправлен в квартиру Рэдфилда на углу Гровер-авеню и 41-й стрит в Айсоле, где ему сказали, что Маргарет Рэдфилд прямо из участка отправилась в салон красоты, по-видимому, для того, чтобы восстановить внешность и духовное равновесие. Льюис Рэдфилд сообщил Мейеру, что из участка он поехал в свою контору на Карвин-стрит, где находился до пяти, а потом вернулся домой. Он вспомнил, что надиктовал несколько писем секретарше, а в три часа присутствовал на совещании/ Звонок в контору подтвердил, что с половины второго до пяти Рэдфилд был на работе. Никто не мог сказать наверняка, где именно он находился в четыре часа, когда убили Коэна, поэтому на этот счет оставались некоторые сомнения. Тогда Мейер позвонил Карелле в участок, что собирается немного понаблюдать за Рэдфилдом. Карелла согласился, что это хорошая идея, и отправился домой обедать. Ни он, ни Мейер не считали, что дело было очень смешным. По правде говоря, их от него уже тошнило.
А- затем, как это ни странно, — если учесть, с какой легкостью патрульные отнеслись ко всем этим жутким убийствам, — именно патрульный предпринял еше одну попытку сдвинуть расследование с мертвой точки.
В одиннадцать вечера, когда Карелла сидел дома и читал газету, раздался телефонный звонок. Карелла раздраженно посмотрел на телефон, встал с кресла в гостиной, вышел в прихожую и поднял трубку.
— Алло?
— Стив, это капитан Фрик. Я тебя не разбудил?
— Нет-нет. Что случилось?
— Мне неудобно беспокоить тебя по такому поводу, но я все еще у себя в кабинете и пытаюсь разобраться с этим чертовым расписанием.
— С каким расписанием?
— С графиком дежурств моих патрульных.
— А, ну да. И в чем дело?
— У меня здесь отмечено, что Антонино был закреплен за Элен Вейлс восьми утра до четырех дня, а потом его сменил Бордмен. Он будет дежурить до двенадцати ночи. Так?
Видимо, так.
— О’кей. И Семелмен должен дежурить у этого Ди Паскуале с восьми до четырех, но тут написано, что он ушел в три. В четыре его должен был сменить Канаван, но он позвонил в девять вечера и сказал, что только что заступил на пост. Стив, я ничего не понимаю. Ты давал этим парням разрешение?
— Что вы имеете в виду? Вы хотите сказать, что с трех до девяти с Ди Паскуале никого не было?
— Похоже на то. Судя по расписанию.
— Понятно.
— Ты давал им разрешение?
— Нет, не давал я им никакого разрешения..
Когда Карелла примчался к Ди Паскуале, у его двери стоял патрульный. Полисмен посторонился, чтобы старший по званию мог позвонить в квартиру. Карелла торопливо позвонил и стал ждать, когда ему откроют. Открыли не сразу, поскольку Ди Паскуале находился в спальне в другом конце квартиры и ему пришлось надеть халат и шлепанцы, а потом пройти через шесть комнат в прихожую. Открыв дверь, он увидел совершенно незнакомого человека.
— О’кей, что вам нужно?
— Мистер Ди Паскуале?
— Ну?
— Я детектив Карелла.
— Очень мило. А вы знаете, что сейчас половина двенадцатого?
— Очень сожалею, мистер Ди Паскуале, но мне нужно задать вам несколько вопросов.
— А до утра потерпеть не можете?
— Боюсь, что нет, сэр.
— Между прочим, я не обязан впускать вас. Я могу послать вас куда подальше.
— Это правда, сэр, можете. Но в таком случае я буду вынужден затребовать ордер на ваш арест.
— Эй, приятель, вы что, за идиота меня принимаете? Я свои права знаю! — возмутился Ди Паскуале. — Меня не за что арестовывать, потому что я ничего не
— А как насчет подозрения в убийстве?
