— Миссис Рэдфилд, — обратился он к Маргарет, — мы бы хотели задать вам несколько вопросов.
— Ради Бога. — Она безразлично пожала плечами.
Что-то заставило Кареллу повернуться к Рэдфилду и сказать:
— Сэр, если не возражаете, я бы хотел поговорить с вашей женой наедине.
— Почему? — удивился Рэдфилд. — Мы женаты, и у нас нет секретов друг от друга.
— Знаю, сэр, и, поверьте, уважаю это. Но нам кажется, что люди очень часто волнуются в присутствии своих близких, и, если есть такая возможность, мы стараемся проводить беседы с глазу на глаз.
— Понятно, — недовольно пробурчал Рэдфилд.
— Да, сэр.
— Ну, если так…
— Если не возражаете, я попрошу Мисколо проводить вас в приемную. Там есть журналы, там вы можете покурить…
— Я не курю.
— Если хотите, Мисколо принесет вам чашечку кофе…
— Спасибо, я не хочу…
— Мисколо! — крикнул Карелла, и Мисколо тут же влетел в комнату. — Проводи, пожалуйста, мистера Рэдфилда в приемную и устрой его там поудобнее.
— Прошу вас, сэр, — сказал Мисколо.
Рэдфилд нехотя поднялся со стула и вслед за Мисколо вышел из комнаты. Карелла подождал, пока не убедился, что Рэдфилд отошел достаточно далеко, чтобы ничего не слышать, повернулся к Маргарет и быстро сказал:
— Расскажите о вечеринке, на которой вы были в сороковом году.
— Что?! — изумленно воскликнула она.
— О. той, что была в доме Рэнди Нордена.
— Как… как вы об этом узнали?
— Узнали. -
— Мой муж знает? — испуганно спросила Маргарет.
— Его мы ни о чем не спрашивали, миссис Рэдфилд.
— Вы ведь ему не скажете, правда?
— Конечно, нет. Нас интересует только Дэвид Артур Коэн. Вы можете рассказать, как он вел себя в тот вечер?
— Не знаю, — произнесла она дрожащим голосом и вжалась в спинку кресла, как будто он размахивал перед ней дубинкой.
— Что он там делал, миссис Рэдфилд?
— Н-не знаю, — повторила она тем же дрожащим голосом и испуганно зажмурилась.
— Миссис Рэдфилд, я же не спрашиваю, что в ту ночь делали вы. Я только хочу знать…
— Я ничего не делала! — выкрикнула Маргарет и вцепилась руками в подлокотники кресла, словно готовясь к тому, что сейчас он ее ударит.
— Никто и не говорит, что вы что-то делали. Я только хочу знать, не произошло ли там чего-нибудь такого, что могло погубить Коэна…
— Там ничего не произошло! Я хочу домой. Я хочу к мужу.
— Миссис Рэдфилд, мы думаем, что внизу у нас сидит убийца. Он утверждает, что не имеет к этим убийствам никакого отношения, но если мы найдем хоть что-нибудь, что заставит его заговорить…
— Я ничего не знаю! Я хочу домой.
— Миссис Рэдфилд, мне бы не хотелось…
— Я ничего не знаю.
— …ставить вас в неловкое положение, но если мы не выясним ничего конкретного…
— Говорю вам, я ничего не знаю. Я хочу домой.
— Миссис Рэдфилд, — бесстрастно сказал Карелла, — нам известно все, что случилось в ту ночь у Рэнди Нордена.
— Я ничего не делала! Это все они!
— Кто?
— Все остальные.
— Кто все остальные?
— Элен и Бланш. Только не я!
— Что они делали?
— Они ни за что не смогли бы заставить меня заниматься этим. Ни за что! Мне было всего семнадцать, но я твердо знала, что хорошо, а что плохо.
— Вы не принимали участия в том, что там творилось?
— Нет!
— Тогда почему же вы не ушли, миссис Рэдфилд?
— Потому что они… они схватили меня и не пускали. Все они, даже девушки. Они держали меня, пока… слушайте, я даже не собиралась
— Вы тоже были пьяны?
— Нет… да… не знаю. Наверное, да. Будь я трезвой, я бы не позволила, им…
— Чего бы вы им не позволили?
— Ничего.
— Миссис Рэдфилд, что если мне позвать одну из наших сотрудниц? Вы можете все рассказать ей.
— Я не обязана ничего рассказывать.
— И все-таки я приглашу…
— Мне нечего ей сказать. Я ни в чем не виновата… Я никогда… вы думаете, я этого
— Мисколо! Приведи кого-нибудь из женского персонала, быстро! — гаркнул Карелла.
