Максим не стал отвечать, а продолжал:
— В этом материальном мире каждая частица должна была накопить собственный индивидуальный опыт, которого нет у Бога. Затем, сложив эти частицы обратно и объединив их в себе, Всевышний бы получил развитие.
Таким образом, мы превращаемся в Бога только вместе. И я согласен с Софией, что Господу угодно наше объединение.
Вадим смотрел, как Андрей нежно ласкает ноги Ольги, и думал, что если его сейчас убить, это будет неправильно. Во-первых, это — проявление собственной слабости, а во-вторых, придётся иметь дело с Ольгой… Подравшись, они, наверное, разнесут не только этот самолёт, но и весь Ближний Восток… Наконец, он перевёл взгляд на Максима и ответил:
— Полное объединение всех человеческих душ и стая — разные вещи. Это как зеркало. Если его разбить на миллионы осколков, то получить новое зеркало можно только сложив всю мозаику целиком. Это — объединение душ. Если мы произвольно возьмём сотню разных осколков, то мы не сложим зеркало, мы сложим дырявую конструкцию, совсем не
— Мы пойдём, проверим теорию, поэкспериментируем, — сказала Ольга, увлекая Андрея за собой в соседний салон.
Вадим наткнулся на быстрый взгляд Максима. В глазах таилась насмешка. Наверняка злорадствует, что его толстый приятель украл чужую подругу. Все они заодно.
Мир вновь стал привычным. Женщины предавали, мужчины нападали. А жизнь неумолимо делала своё дело: вела всех к смерти. Каждую секунду чёрная черта, отделяющая миры живых и мёртвых, неотвратимо приближалась. «Зря я их не убил», — отрешённо подумал Вадим.
Неужели во всех мирах нет никого, кто бы его понимал и любил безоговорочно, по-матерински? Как Богородица своего Сына? Иисусу повезло. Его оставил отец, предали ученики, убили люди, но у него была Мать! Она сняла растерзанное тело сына с креста, отшвырнула терновый венец, положила окровавленную бессильную голову на свои мягкие колени. Её слёзы омыли раны, а поцелуи пахли яблоками…
София успокоилась только когда оказались на Земле обетованной. В аэропорту Тель-Авива всегда людно, хотя это не совсем правильное определение, поскольку многие из существ в толпе не были людьми. Повсюду виднелись сияющие белоснежные ангелы. Она обратила внимание на большую группу небожителей, следующих вместе с паломниками из Ватикана. Рядом с ними ехала инвалидная коляска с пожилой женщиной, за которой следовал серьёзный ангел с грустным и одновременно профессионально-безразличным взглядом, которым доктора смотрят на безнадёжно больных. Он махнул крылом Софии, как старой знакомой, и скрылся в толпе.
— Скучаешь, дщерь Иерусалимская? — Максим наклонился к её уху. — Всё в порядке? Застыла, словно видишь привидение. Я уже третий раз спрашиваю, куда нам идти.
— Да-да. Извини, задумалась. Машина у третьего выхода, чёрный джип.
Соня почувствовала, как кто-то тянет её сзади за подол. Там стоял маленький ангелок с расстроенным лицом ребёнка, которому на Новый год вместо собаки подарили шерстяной свитер.
— Извините, я, кажется, потерялся. Вы не купите мне мороженое?
Соня не успела ответить. Малыша подхватил блистающий вихрь, и сверкающее облако вознеслось к потолку, откуда донеслось:
— Опять клянчишь холодное мороженое, словно чертёнок, которому вечно жарко. Как не стыдно! Пей фруктовый нектар, в тысячу раз полезней!
София поспешила за ушедшими вперёд друзьями.
Максим сел за руль. Он переоделся в белоснежный хлопковый костюм и выглядел очень недурно. Принц на вороном джипе.
Она устроилась рядом, набирая в навигаторе адрес отеля на Мёртвом море:
— Катись, яблочко, по серебряному блюдечку, покажи нам путь-дорогу…
— Ты разговариваешь с навигатором? — невинно уточнила Ольга.
— Прогресс. Раньше приходилось спрашивать дорогу у птичек и ветра…
Соня видела, что перед машиной летели два белоснежных крылатых существа. Они торопливо махали крыльями, и видно было, что соревнование со стремительно несущимся джипом давалось нелегко, ведь вдобавок им приходилось отгонять мелких любопытных ангелочков, которые норовили подлететь к машине и заглянуть внутрь. Расстроенная мелюзга разлеталась в стороны, усаживаясь по проволочным оградам и столбам. Скоро София настолько свыклась с их присутствием, что воспринимала как часть пейзажа. Она немного устала и пыталась задремать.
