Народу перед входом в церковь оказалось довольно много. Вероятно, на этот день приходился какой-то праздник. Самойлова остановилась немного в стороне и стала наблюдать. Верующие, входя на территорию, тут же начинали останавливаться и креститься. Затем, поднявшись по ступеням, опять трижды крестились, кланялись с пояс и только после этого переступали порог.
Но нищих на паперти она не увидела ни одного и перевела дух. «Господи, ну зачем я согласилась? – тем не менее продолжала переживать Кира. – Подходить к незнакомым людям и задавать странные вопросы, тем более в церкви. Что за идиотская идея?» Тем не менее она сделала над собой усилие и двинулась в сторону дверей.
Попав внутрь, Самойлова осмотрелась. Служба еще не началась, и народ разбрелся, ставя свечи и о чем-то переговариваясь. Она сделала глубокий вдох, вытерла о джинсы вспотевшие ладони и тоже пошла покупать свечи. Надо было как-то слиться с толпой и иметь возможность свободно перемещаться по всему помещению. Свечи как раз давали такую возможность.
Прикинув, где наблюдалось повышенное скопление бабулек, Самойлова направилась туда, издалека высматривая жертву. Милый божий одуванчик в беленьком ситцевом платочке показался ей вполне подходящим объектом для расспросов. Еще раз прошептав себе под нос: «Господи, за что?!», Кира приступила к делу.
– Извините, – начала она негромко, – Вы случайно не знаете, здесь рядом стоял дом с рыцарем…
– Чего? – резким фальцетом, похожим на скрип двери, громко отреагировала старушка, отчего многие присутствующие обернулись с любопытством в их сторону.
От неожиданности у Киры приоткрылся рот. «Блин, я так и знала! Если что-то может пойти не так, оно обязательно пойдет не так. Она же мне сейчас всех остальных распугает. Начнут шикать. Еще и взашей выставят», – с тоской подумала она. Во избежание неприятностей, Самойлова извинилась и отошла в сторонку. Но опасливо оглядевшись по сторонам, заметила, что никто злобные взгляды не кидает. До нее вообще никому не было дела. И это успокаивало. Значит, можно попробовать сделать еще одну попытку.
Поразмыслив немного, Кира пришла к выводу, что для успешных переговоров помимо благообразности требуется еще один критерий отбора – нормальный слух. Только убедившись, что у очередной приглянувшейся бабульки с этим полный порядок, Самойлова стала потихоньку протискиваться в ее сторону.
– Добрый день! Простите, вы, случайно, не в этом районе живете? – решила она зайти издалека.
– Да, – утвердительно покачала головой старушка. – А что вы хотите?
– Вы не помните, здесь рядом на одном из домов была статуя – рыцарь?
– Нет, такого не помню.
– Спасибо. Извините.
Кира немного приободрилась. Пусть результат оказался нулевым, но разговаривали с ней вполне нормально. Хоть это порадовало. «Ну, может в хоть в третий раз повезет?» – с энтузиазмом осмотрела она периметр. Но только следующая жертва была выбрана, началась служба. Прихожане подтянулись поближе к алтарю, чтобы послушать речь священника. В такой ситуации расспрашивать их о чем-то выглядело бы кощунством. Чтобы не мешать, Самойлова выбралась наружу и остановилась на ступеньках. По утверждению Кузьмича, обедня должна закончиться только через несколько часов. За это время можно было бы сгонять домой, поесть и погулять с собакой. Или посидеть где-нибудь в кафешке поблизости. Каждый из вариантов имел свои преимущества, и девушка задумалась. Погода была великолепная – солнце теплое, ветра нет. От удовольствия она прикрыла глаза.
– Чего со службы-то ушла? – раздался голос за плечом.
Кира слегка вздрогнула и обернулась. Она ожидала, что это окажется суровый священнослужитель, который отчитает ее за нарушение какого-нибудь неведомого церковного порядка. Но рядом стоял пожилой дядечка с метлой в руках и широко улыбался. Лицо у него было такое ехидное, что казалось, он кому-то подложил кнопку на стул и с нетерпением предвкушал, как тот сейчас на нее сядет.
– Расспросить кое-кого надо. Жду, когда все выходить начнут, – с облегчением выдохнула она.
– А… – протянул собеседник разочарованно и, отойдя, продолжил подметать двор.
Самойлова решила никуда не ехать, потому что лень. Тем более что кафе с открытой верандой находилось почти напротив церковных ворот. Если устроиться за одним из столиков, то хорошо будет видно, когда начнет расходиться народ.
