— Конечно сможешь, — шепчет он ласково, целуя меня в губы. Когда Логан прикасается к моим губам, я чувствую, как его губы дрожат. Я понимаю, что он безумно напуган сейчас. Но он смотрит на меня уверенным взглядом и я знаю, что он делает это для того чтобы придать уверенности мне. — Я знаю, что ты справишься. Ты обязательно справишься, — уверяет он, как мне кажется уверенно. Хотя может быть, я ошибаюсь. Сейчас я плохо соображаю, потому что моя голова занята только тем, что я безумно устала. — Я всё время буду рядом с тобой. Никуда не уйду. Ни за что не оставлю тебя одну. Главное, ты не оставляй меня, Лиз. Я не смогу без тебя! Я прошу тебя, только не оставляй меня, пожалуйста. Хорошо? — я быстро киваю, чтобы убедить его. — Я люблю тебя. Очень-очень люблю, — он яростно и в тоже время нежно целует меня в губы.
— Я тоже тебя люблю, — отвечаю я. — Всегда помни об этом, — добавляю я. Логан качает головой.
— Даже не смей мне говорить об этом, — говорит он серьёзно, но сразу его взгляд становится мягким и тёплым. Он проводит рукой по моей щеке. — Я верю в тебя. Она справится, позвольте ей самой это сделать, — говорит он доктору Стивенс, при этом смотрит в мои глаза. Я вижу его отчаяние, он пытается скрыть его, но в данный момент это невозможно и я успеваю это заметить. И мне жаль, что я заставила его сходить с ума от волнения.
Доктор обречённо кивает, хотя явно не довольна нашим решением. Может быть она и права, что лучше было бы мне согласиться на кесарево сечение, но почему-то я была непреклонна, не потому что боялась шрамов или не доверяла ей. Я просто хотела всё сделать сама. Ведь я мама и это моя прямая обязанность помочь детям появится на свет. И у доктора Стивенс просто не осталось выбора, она должна была подчиниться нам.
Она надевает халат и перчатки. Садится между моих ног. На несколько секунд я теряю Логана из вида, и меня пронзает настоящий страх и охватывает паника, потому что он отпустил мою руку. Я начинаю часто дышать и хватать ртом необходимый мне воздух и повторяю про себя, что сейчас он обязательно вернётся. Через мгновение чувствую, как он снова берёт меня за руку. Его заставили надеть специальный халат. Я с силой сжимаю его руку, давая ему понять, что не собираюсь отпускать её. Кто-то пододвигает ему стул, и он садится, наклоняется ближе ко мне и свободной рукой обнимает меня за голову, словно пытается защитить от всего того, что творилось вокруг.
Больше я не могла соображать, что происходит. Голоса, разговоры, чьи-то крики, всё слилось в один шум. Меня заставляют тужиться, снова и снова. Снова и снова, но я понимаю, что я больше не могу. Мои силы просто ушли от меня. Я больше не хочу и больше не могу. Хочу, чтобы всё прекратилось. Я с трудом поворачиваю голову и смотрю в глаза своему мужу. Он напуган. Даже больше — он в ужасе. Никогда не видела его таким и меня саму охватывает паника. Мне всегда передавалась его уверенность, а сейчас её не было и я сама теряю уверенность в своих силах.
— Логан, мне страшно, — говорю я ему еле слышно и понимаю, что по щекам текут слёзы. Я заверила его, что смогу. Он доверился мне, а я чувствую, что подведу его, потому что понимаю, что я теряю связь с реальностью и теряю свои последние силы.
— Нет, Лиз, нет. Я здесь. Не надо. Ты у меня такая сильная девочка, — шепчет он мне на ухо. — Не бойся. Только не ты. Ты у меня такая храбрая. Пожалуйста, не бойся, любимая, — его голос полон мольбы. — Всё будет хорошо. Ты сможешь, — мой муж ласково целует меня в висок, это успокаивает. Он помогает мне, его глаза заставляют меня. Я должна это сделать ради своего мужчины. Я обещала ему и должна непременно сдержать своё слово.
Я глубоко вздыхаю. Логан вытирает губами мои слёзы. Я киваю, говоря, что готова бороться дальше и снова начинаю тужится. Всё тело снова находится в напряжении. Мне больно. Очень больно. Это боль пронзает меня снова и снова и с ещё большей силой. Эта боль — вот что самое изматывающее. В глазах всё мутнеет от этой самой боли. Моё тело слабеет. Оно больше не может. Всё слишком долго. Всё слишком больно. Всё слишком интенсивно. Мой организм больше не может справляться со стрессом. Он хочет сдаться, но я заставляю его. Заставляю себя ещё продержатся. Ещё немножечко, пока не родятся мои дочери. Постепенно чувствую, как жизнь уходит из меня. Я отдаю её своим дочерям.
Мысленно молю Логана простить меня, если он больше не сможет увидеть мои глаза. Сейчас я понимаю, что жертвую собой ради детей. И даже если я никогда не смогу увидеть своих малышек, я знаю, что Логан отлично справится с ролью отца и даст нашим дочерям любовь за нас двоих. Он всё сделает для них, всё то, что не смогу сделать я. Мысли об этом успокаивают меня.
Ещё немного и моё тело расслабляется. Боль прекращается. Страх уходит. Я очень устала. Безумно устала. Не могу пошевелиться. Нет сил даже глаза держать открытыми. Слышу плач.
— У вас девочки, — сообщает доктор Стивенс радостным голосом. — Поздравляю.
