Возле задней стороны, выходящей на Атлантику, разные секции выводили на огромную веранду и палубу со встроенным бассейном. Оттуда можно было спуститься через пальмовый лес к пляжу, или просто погулять между пальм. Пляж тянулся минимум на 1000 футов, он был длинным и закрытым, участок вокруг дома имел размеры около 24 акров и был очень частным. Работники с утра чистили бассейн и всё прочее, держа пляж в порядке.
А после обеда здесь будем только я и Мэрилин. Хмммм...
Когда мы вернулись в дом, миссис Уилкс уже ушла, как и прислуга, и, спросив, не нужно ли нам что-нибудь и подписав с нами некоторые бумаги, Финм ушёл, оставив нам пару брошюр о достопримечательностях острова и свой телефон. Теперь здесь были только Мэрилин и я. Однако прежде, чем я смог насладиться роскошью со своей женой, она спросила:
— И что же у нас будет на обед?
Пока я размышлял над ответом, мой желудок заурчал. Мы улыбнулись друг другу.
— Может, нам следовало спросить миссис Уилкс до того, как она ушла? — я направился на кухню.
Кухня была современной и имела практически все устройства, известные человеку. Фактически, единственным недостатком в моих глазах здесь было то, что всё было электрическим; я предпочитал газ. Однако и на электрической кухне я не терялся. В холодильнике было основное – яйца, молоко, масло и всё такое – так что я спросил Мэрилин:
— Омлет?
— Конечно. Я могу что-нибудь сделать?
— Раздеться, — ухмыльнулся я.
— Карлинг! — запротестовала она.
— Я должен был попытаться, — я повернулся и начал открывать ящики в поисках сковородки или чего-то ещё, что можно использовать. — Думаю, это будут просто взбитые яйца. Ветчины или сыра нету...
Мэрилин стояла там, в высоких сандалиях и улыбке... и всё!
— Ты это имел в виду?
— Э, ага, ага, — на этот раз моё красноречие отказало мне.
Мэрилин выглядела просто потрясающе. Она уже потеряла почти весь вес, набранный во время беременности, кроме её сисек – те только лишь прибавили. Киска была пухлой и влажной. Ноги выглядели идеально, и можно было легко увидеть, докуда доходит загар. Ей было уже 26, и, чёрт возьми, она была безупречна.
— Ну, ты сказал мне раздеться, а жене полагается повиноваться мужу, не так ли? — дразняще спросила она.
— Мне всегда нравилась эта часть обета.
Я вытащил из холодильника яйца и молоко, вылил их в миску и попытаться взбить, не сводя с неё глаз. Это оказалось проблемой, когда я попытался открыть холодильник не в ту сторону.
— Проблемы? — спросила Мэрилин.
— Ага, почему ты тебе не подойти сюда, чтобы мы могли поговоришь.
— Поговорить? Думаю, ты хочешь поглядеть.
— А что, это не одно и то же? — Мэрилин засмеялась и подошла, и я, приподняв её, усадил на стойку. — Разве так не лучше?
— А ты ответишь тем же в следующий раз, когда я буду готовить?
— Разве судебное постановление по запросу Файеттвилльского Пожарного Департамента, запрещающее тебе готовить, уже недействительно?
— Очень смешно! Может, мне одеться и дать тебе спокойно готовить самому?
Я хихикнул и наклонился, чтобы поцеловать её в губы.
— Я лучше готовлю, когда твоя печка горячая!
— Ты отвратителен! — сказала она с улыбкой.
— Может, мне стоит проверить температуру? Я тоже предпочитаю влажную жару.
В ответ мне раздался громкий звук губами. Однако, Мэрилин всё ещё сидела на стойке, так сказать, вдохновляя меня, пока я взбивал яйца и выливал их на нагретую сковородку. И даже больше – её маленькие острые соски и голая влажная киска заставляли думать, что она наслаждается своей частью готовки. Я налил пару стаканов молока и поставил их на кухонный стол, а затем разделил яйца по двум тарелкам. Потом я переложил их с одной тарелки на другую, свалив всё в кучу.
— Что это ты делаешь? — спросила моя жена.
Я выдвинул из-под стола стул и сел.
— Иди сюда, присядь.
— О? — Мэрилин соскочила со стойки и подошла поближе. — Что это ты задумал?
Я поставил тарелку на стол сбоку от меня, а затем притянул её ближе. Продолжая тянуть, я заставил Мэрилин сесть на мои колени – лицом ко мне, оседлав мои ноги.
— Ну, я подумал... — я наколол на вилку кусочек яйца и поднёс к её губам; Мэрилин открыла рот, и я накормил её, — ...что если я буду кормить тебя, твои пальцы будут свободны для чего-то ещё.
Мэрилин протянула руку себе между коленей, между нами. Секунду спустя я почувствовал, как её пальцы пробежались по моим поясу и застёжке.
— Ты имеешь в виду это?
Я съел кусочек омлета и улыбался, пока жевал его. Проглотив, я ответил:
— Ага, думаю, ты уловила суть, — я скормил ей ещё яиц, и так мы и поели – укус за укусом. Спустя пару минут я почувствовал, что мой пояс полностью расстёгнут. К счастью, перед тем, как садиться, я подготовился к этому, и теперь Карл Младший был направлен строго на север. Как только молния на штанах расстегнулась, рука Мэрилин скользнула внутрь и начала наглаживать меня.
Я быстро доел сам и докормил Мэрилин, даже не запив омлет молоком. Как только смог, я сразу поставил тарелку и вилку на стол, чтобы освободить руки для другого. Моя левая рука обвила её талию, чтобы гладить сзади и притягивать к себе, а правая начала играть с её сиськами.
