— Здорово видеть здесь команду чирлидерш, потому что мои девочки тоже чирлидеры у себя в старшей школе Хирфорла. А что до вас, ребята из баскетбольной команды... — поднялась еще волна шума – баскетбол в Оклахоме очень уважают! — ...извините, ребята, они все еще слишком молоды для вас! Может, я разрешу им ходить на свидания, когда им пойдет четвертый десяток! — на что раздались смешки.
Внезапно зазвенела самая громкая сирена в мире, и кажется, прямо над моей головой! Все в зале начали что-то говорить, и я взглянул на кого-то, стоящего рядом со мной, и оказалось, что это мэр.
— Пожарная сигнализация? — спросил я.
— Черта с два! Это сигнал о торнадо, мистер! — и он выхватил микрофон у меня из рук и начал давать указания. — Все, живо в подвал! Время еще есть, но бросайте свое барахло и живо спускайтесь в подвал!
Он продолжил призывать людей шевелить задницами, когда директор школы и парочка членов баскетбольной команды начали выводить людей.
Один из работников кампании заорал мне в ухо:
— Нам стоит уходить!
Ровно в этот же момент я услышал громкий грохот снаружи, вероятно, что-то было подхвачено ветром и начало летать по округе. Я схватил девочек и крикнул в ответ:
— Хрена с два! Мы идем в подвал! — а этот олух может и выйти наружу и на своей шкуре проверить, сможет ли он оказаться в Небраске раньше нас, аэроэкспрессом, так сказать.
Я подтолкнул девочек, стоявших впереди меня, в сторону толпы, которая направлялась к лестничному пролету. Внезапно погас свет, но включилось запасное освещение, и мы обнаружили, что находимся в большом и грязном бетонном подвале. Шум снаружи напомнил мне товарный поезд, и потолок над нами дрожал, и с него сыпалась пыль. Я прижал девочек к полу в углу и налег на них. Потом я почувствовал, что кто-то налег на меня самого, и я обернулся, чтобы увидеть перепуганное лицо Джерри МакГуайра, одного из моих охранников. Я защищал девочек, а он защищал меня.
«Товарняк» становился все громче и громче, слышался лязг скрипящего рваного металла, и вокруг нас опадала пыль с потолка подвала, вероятно, десятилетней давности. Я должен был быть в ужасе, но я и так был напуган. Я держал глаза закрытыми, чтобы пыль меня не ослепляла, и я слышал крики и плач людей вокруг себя. Не думаю, что я был среди них, но я точно знаю, что мои дочери кричали. Со временем «товарняк» ушел, просто резко исчез, и все, что мы могли слышать – это сирены, обычные сирены. Сигнал о торнадо, к счастью, молчал.
Люди начали подниматься на ноги и помогать остальным. Кто-то открыл дверь в школу, начал проступать свет, и люди начали выходить из подвала.
Все уставились на представшее зрелище. От школы оторвало часть крыши, и оттуда и проступал свет. Мы продолжили двигаться. Все мы, кто был в подвале, были грязными, а у близняшек еще и остались ручейки от слез на лицах. Они обхватили меня руками.
— Все хорошо, все закончилось, — сказал им я, — Давайте идти дальше.
Удивлительным для меня стало то, что после того, как пронесся шторм, погода снаружи была спокойной и солнечной. Основная часть движения шла на выход, так что мы пошли туда же. Впервые журналисты меня игнорировали. У них перед глазами была реальная катастрофа! Снаружи стало очевидно, что Спрингборо был разнесен в клочки! Сирена, оповещающая о торнадо над школой, была повалена и расплющена на передней части автобуса кампании. На ближайшее обозримое будущее мы застряли в Спрингборо. Вокруг нас валялись останки нескольких домов. Где-то в стороне появилось огненное зарево, и несколько человек побежали в ту сторону вместе с репортерами.
Люди организовались и все вокруг начало приводиться в порядок. Физкультурный зал в школе и столовая все еще были надежны и безопасны, так что они стали временным убежищем. Пожарный-доброволец и мэр ходили, наводя везде порядок. Еще кто-то из крупных шишек начал собирать добровольцев, чтобы осмотреть ближестоящие дома. Я повернул девочек лицом к себе.
— Вам двоим нужно остаться тут. Я хочу, чтобы вы пошли в зал и помогали. Людям нужна помощь.
Молли закричала:
— НЕТ! Ты должен остаться здесь!
— Молли! Молли! Я должен пойти помочь! Вы помогите здесь, а я смогу помочь там.
— Папа!
— Вы должны помочь! — и я подтолкнул их в руки их охранника, молодой женщины конца третьего десятка лет по имени Аманда Бэйнс. Она вместе с Джерри была записаны в окружение в качестве сотрудников кампании, а не как охрана. Она обняла девочек и повела их в сторону здания.
— Давайте, пойдем приведем себя в порядок и поможем.
Как только они убрались, я повернулся к Джерри и сказал:
— Ладно, пошли.
Я догнал пожарного и спросил:
— Куда нам нужно идти?
Не думаю, что он меня узнал, и он просто указал на следующую улицу, которая казалось не такой разваленной.
— Проверьте там и посмотрите, не завалило ли кого-нибудь, — и он отвернулся от меня, когда кто-то крикнул, что под одной из куч обломков никого нет, и они пошли к следующей.
