Я пожал плечами, взглянув на Джерри, и мы пошли в противоположную сторону. Мы прошли где-то около квартала и осмотрелись. Глядя вдоль улицы, казалось, что степени ущерба дома варьируются от тех, которые просто покосились, до тех, которые неминуемо обрушатся.
— Может, нам повезет, и все были на агитации, — сказал я Джерри.
Это могло быть причиной тому, что разрушенный дом был оставлен за мгновение до этого; в маленьком городке Спрингборо все люди знали друг друга и семья могла выбраться на агитацию.
— Будем надеяться, — ответил он.
Из домов начали выходить люди, которые в изумлении уставились на нас. Из того дома, напротив которого стояли мы, никто не выходил. Мы обошли дом, дойдя до заднего двора и крикнули:
— ЕСТЬ КТО ДОМА? — так громко, как только могли.
Мы уже чуть было не ушли, когда Джерри сказал:
— Ты это слышал?
— Что?
— Вон оттуда! — и он пошел вперед за угол, и там слышался плач, исходящий от чего-то, очень похожего на дверь в погреб, нечто вроде холмика с дверями. Теперь уже и я мог это слышать, но мы никак не могли бы спуститься туда. На погреб обвалилась часть гаража, и мы бы никак туда не попали без бензопилы и подъемного крана.
— ВНИЗУ КТО-НИБУДЬ ЕСТЬ?
— СПАСИТЕ ДЕТЕЙ! — тихо раздалось в ответ.
Я взглянул на дом, и потом на Джерри:
— Вот черт!
— Мистер Бакмэн, это место вот-вот развалится!
— Тогда нам надо действовать быстро.
Дом выглядел как вполне обычный двухэтажный дом. Я побежал обратно вокруг дома и взмыл на заднее крыльцо. Под моим весом оно не рухнуло, так что Джерри присоединился и мы смогли отпереть заднюю дверь. Внутри было темно, и все выглядело так, будто со всех полок и шкафов выпотрошили все что можно. Я пригнул голову и медленно вошел внутрь.
— Ох, это плохая идея! — услышал я позади себя, и послышался легкий скрип, когда Джерри вступил на пол.
Я повернулся и сказал:
— Погоди! — я услышал несколько голосов впереди и по одной стороне от себя, — Жди меня здесь. Дай мне минутку.
Я продолжил двигаться вперед через кухню, пока дом скрипел вокруг меня, и подошел ближе к голосам. Они раздавались из-за двери в погреб в стороне от главного коридора, которая казалась открытой. Я лег на живот и просунул голову через проем:
— Тут внизу есть кто-нибудь?
— ПОМОГИТЕ! НАС ЗАВАЛИЛО! ВЫ ДОЛЖНЫ ДОСТАТЬ МОИХ ДЕТЕЙ!
— Ох, черт! — пробурчал я под нос. — МЫ ИДЕМ! — крикнул я вниз.
Я начал дергать дверь, и открыл ее достаточно, чтобы протиснуться внутрь. Я повернулся обратно к Джерри:
— Я спущусь в погреб. А ты наверняка сможешь дойти сюда.
— Я иду с тобой!
— Нет! Я вытащу их наверх. А тебе нужно будет их вывести! — я пролез между дверью в погреб и стеной и уперся в нее спиной, открыв ее еще по шире. Дверь заскрипела от такого порыва, но мне удалось открыть ее достаточно широко, чтобы кто-то мог выйти наверх. — Я сейчас спускаюсь!
В погребе была парочка окон, так что какое-то освещение там было. Помещение, казалось, было около двух метров в высоту. Я прошел половину лестницы, когда раздался громкий треск и я провалился в погреб. Когда я поднялся на ноги, я увидел, что лестница отошла от стены и обрушилась подо мной. Наверху из проема просунулась голова Джерри:
— Ты в порядке?
— Просто замечательно! Оставайся там. Я подниму их наверх.
— Сколько их? — спросил он.
Хороший вопрос!
— Еще не знаю! — и я направился в сторону, откуда слышались голоса и обнаружил источник проблемы. У дверного проема в их маленькое убежище рухнул стеллаж с консервами. Я отодвинул стеллаж в сторону и с легкостью смог открыть дверь.
— Я иду! — выкрикнул я.
И я увидел сцену, которой самое место в каком-нибудь плохом фильме. Там было двое маленьких детей вместе со своей беременной матерью. У нее шло сильное кровотечение из раны на правой икре. В углу была собака, которая выхаживала своих щенков. Все, чего мне не хватало для фильма на тему «катастрофа недели» – так это ряженого беглого заключенного и монашки.
Мама кричала мне, чтобы я вывел детей, но сама она была в плохом состоянии. Я пытался передавить ее рану, но это не помогало. В это же время Джерри орал мне, чтобы я сказал ему, что там происходит, а я не мог ответить. Я бешено огляделся вокруг и нашел рулон веревки для сушки белья. У меня не было выбора. Я соорудил нечто вроде жгута чуть ниже ее колена, использовав кусок деревяшки и обвязав его веревкой. К счастью, она уже потеряла сознание к тому моменту, и я смог поднять ее на руки и отнести к лестнице. Дети поплелись за мной, светя фонариком.
— Где тебя черти носили? — потребовал Джерри.
— На виды любовался! Слушай, она тяжело ранена. Тебе нужно вытащить ее наружу и позвать на помощь!
— Вот дерьмо! Поднимай ее сюда!
Я подвинул несколько ящиков, на которые смог бы встать, и затем поднял молодую мать так высоко, как только мог. Этого не хватало. У меня просто не было сил, чтобы поднять ее над головой так, чтобы Джерри мог схватить ее. Я опустил ее обратно, и рванул обратно за бельевой веревкой. Я бросил ее ему, и он спустил мне достаточно длинный конец, чтобы я мог обвязать ее под мышками. Затем он тянул, я поднимал, и мы смогли ее вытащить из погреба.
