Нащупав телефон в кармане, вынимаю его, проверяя на наличие новых сообщений, но таковых не оказывается, поэтому набираю текст отцу. Нажав на кнопку отправки, искренне надеюсь на быстрый ответ. Значит, мать уезжает, и я действительно смогу выдохнуть на целых два дня, провести их с удовольствием и расслабиться. Вспоминаю о завтрашнем завтраке с Эмили и улыбаюсь, осознав, что буду рада провести с ней время: мне правда хочется подружиться с этой девушкой.
Слышу звук приближающегося автомобиля, который останавливается у калитки, поэтому иду навстречу, искренне желая, чтобы закончить это всё, этот адски выматывающий день. Шистад стоит, облокотившись о капот своей машины, смотрит на меня из-под густой челки, упавшей на глаза, и поднимает руку в приветствующем жесте, но я игнорирую его. Усаживаясь на переднее сидение, пристёгиваю ремень безопасности и смотрю вперед, наблюдая, как парень пожимает плечами и усмехается, усаживаясь в машину.
— Кто-то совсем не в духе. Опять, — покачав головой, произносит он, посмотрев на меня. Отвечаю, закатив глаза:
— Давай побыстрее закончим это, — спасительно сжимаю телефон в кармане, понимая, что он так и не вибрировал, а значит, новых сообщений не поступало, что удручающе действует на моё и без того угнетённое состояние.
— Как пожелаешь, Е-е-ва, — отъезжая от дома, соглашается он, манерно растягивая букву «е», отчего хмурюсь, отвернувшись к окну. Вынимаю телефон, глядя на засветившийся экран, неосознанно выдыхаю, прикусив нижнюю губу, снова прячу мобильник. Запах кофе, витающий в салоне, врезается в ноздри, отчего чувствую себя ещё хуже. Это как показать ребёнку конфетку, но не давать её съесть.
— Чего ты так напряглась? — с интересом бросив на меня косой взгляд, спрашивает Шистад, на что я неоднозначно качаю головой, отвернувшись к окну. В машине повисает тишина, которую необходимо разбавить хоть чем-то, поэтому сама сдаюсь:
— А музыку в твоей машине слушать запрещено? — скрестив руки на груди, поднимаю на парня глаза, который пожимает плечами, нажимая несколько кнопок на руле. В машине раздаётся песня с нежным мотивом.
— Такая пойдёт? — спрашивает Шистад, на что киваю, сделав погромче.
Музыка:ℒund – all we do.
Тёплые огни встречных машин и фонарей, расположенных у обочины магистрали, мягко освещают путь, придавая атмосферу уюта, мелькающие немного вдалеке здания дарят эстетическое наслаждение. Машина будто в замедленном действии въезжает в подсвечиваемый такими же оранжевыми огнями тоннель — хочется открыть окно и высунуть руку, чтобы почувствовать холодный поток воздуха между пальцами. Вид завораживающий. Какое-то строение с зеркальной отделкой красиво отражает огни автомобилей, переливаясь разными цветами. Небо постепенно темнеет, хотя ещё виден край солнца, уходящего в закат. Мягкий малиновый свет покрывает горизонт, темнеет на высоте. Непроизвольная улыбка озаряет губы.
— Классная песня, — шёпотом говорю я, сама не веря своим словам.
— Мне тоже нравится, — соглашается Шистад, поставив на повтор.
Мягкий свет аккуратно ложится на его лицо, играет в тёмных волосах, придавая им более светлый, спокойный для глаза цвет, скрывает желтеющий синяк под глазом. Когда Шистад поворачивается ко мне, ухмыльнувшись, рыжий огонь падает в карие радужки глаз, заиграв молочным шоколадом и зеленью. Хмурюсь. Пару секунд мы смотрим друг на друга, пока песня переключается на следующую, но я быстро отворачиваюсь, удивившись себе. Что за чёрт? Чтобы отвлечься, достаю свой мобильный, проверяя, ответил ли отец, но ничего нет.
— Ждёшь от кого-то сообщение? — кивнув на телефон, спрашивает Шистад. Кидаю на него многозначительный взгляд, давая понять, что это не его дело. — Мы почти приехали, — оповещает он.
Гляжу по сторонам, замечая лишь безлюдный пустырь вокруг, и поднимаю вопросительный взгляд на парня, на что он смеется:
— Я сказал: почти.
Автомобиль сворачивает налево и паркуется — я осматриваю местность, остановив взгляд на простой деревянной лавке, стоящей у края обрыва.
— Приехали, — радостно оповещает Шистад, отстегнув мой ремень безопасности. Сам он не пристёгивался. Выбирается из машины и смотрит на меня, дожидаясь, когда я сделаю то же самое, как и поступаю, желая узнать, что мы здесь делаем. — Заметив твой непонимающий взгляд, спешу объяснить ситуацию. Изначально я подумал, что невозможно показать весь город за день, но потом вспомнил об этом месте, — приглашающим жестом позвав меня за собой, он идёт к скамейке, но не усаживается, встав на неё во всю высоту своего роста. — Отсюда действительно можно увидеть весь Осло, если обладать достаточным ростом, — усмехнувшись мне, говорит он, предлагая подняться и посмотреть.
Нехотя встаю рядом, посмотрев на открывающийся вид, который оказывается действительно захватывающим, учитывая мою слабость к ночному городу, но вместо восхищения, говорю:
— Видела и лучше, — пожимаю плечами, приподняв голову. Не знаю, зачем грублю и постоянно напрягаюсь, но не могу позволить себе расслабиться. Это кажется неестественным. Шистад усмехается, приподняв левый уголок рта.
