Я знаю, что «первый шаг» оказывается, наверное, уже сотым с моей стороны, но, видимо, я готова дать Крису бесконечное количество шансов в надежде, что он воспользуется хотя бы одним из них. Шистад нажимает кнопку на брелоке, открыв двери, и залезает в салон, не проронив ни слова. Я, впрочем, следую за ним, но не пристёгиваю ремень безопасности, как поступаю обычно.
— Я не поеду домой, — говорю я, пока Крис заводит мотор и включает печку. В машине настолько холодно, что у меня непроизвольно начинают стучать зубы. Температура на улице с каждым днём становится всё ниже, и уровень снега растёт.
— Еще бы, — фыркает Шистад, сжимая руки на руле. Он смотрит в зеркало заднего вида, оценивая возможность выехать с парковки, но дорогу преграждает другой автомобиль.
— Я договорилась увидеться с Эмили, — терпеливо объясняю я, не совсем уверенная, что ему требуются мои оправдания.
— Мне плевать, если честно, — отрывисто отвечает Крис. Машина сзади всё никак не может выехать со стоянки.
— Хорошо, потому что мне тоже плевать на твое мнение, — оповещаю я, внезапно разозлившись.
Смотрю на Шистада прямым взглядом, пытаясь внушить ему — точнее, его скуле — свою правоту, но парень лишь закатывает глаза и быстро осматривает моё лицо. Он выглядит уставшим и нервным и, видимо, поскорее хочет домой. Крис барабанит пальцами по рулю, дожидаясь, пока тот кретин откатит в сторону, но он, похоже, застрял. Впрочем, мне это даже на руку.
— Можешь даже не начинать этот разговор, — раздражается Крис. Он приоткрывает окно, впуская холодный воздух, хотя салон ещё недостаточно прогрелся, и я снова стучу зубами и прячу раскрасневшиеся от мороза ладони в карманы куртки.
— Это не разговор, — фыркаю я. — Просто оповещаю о том, что нет необходимости ждать меня.
Крис медленно моргает и вынимает из внутреннего кармана куртки пачку сигарет, затем зажимает одну между зубов и прикуривает от зажигалки. По салону разносится привычный запах никотина, смешанный с ароматом мороза, и забивается в лёгкие, вызывая лёгкий приступ тошноты.
— Отлично, — спустя две затяжки соглашается Шистад. — Видимо, Элиот присмотрит за тобой. — его ядовитый тон на секунду вводит меня в ступор.
— И что это должно значить? — недовольно спрашиваю я, теряясь в догадках.
— Быстро ты забыла нашу любовь, — приторно улыбнувшись, поясняет Крис, и злость, сквозящая в его тоне, ударяет в район солнечного сплетения и разрастается в виде болезненного шара.
— О чём ты, черт возьми? — я неосознанно повышаю тон, но его намек — удар под дых.
— Неважно, — отвернувшись, он докуривает сигарету и выбрасывает её, затем закрывает окно и вновь смотрит в зеркало заднего вида, раздражённо закатив глаза.
— Твои приступы ревности просто смешны, — скривившись, шиплю я. — Мы не говорили несколько дней, а сегодня ты зажимался с очередной подружкой прямо на моих глазах в коридоре, так что не смей говорить мне что-то о моих чувствах, пока не разобрался со своими. На этом всё.
Я резко дёргаюсь и выскакиваю из машины, но Шистад не идёт за мной. Впрочем, так даже лучше. Яростные слёзы обиды застилают глаза, отчего практически не разбираю дороги, пока иду до стеклянных дверей Центрального корпуса. По пути я случайно сталкиваюсь с каким-то парнем, поэтому приходится отступить в сторону — нога тут же проваливается в сугроб, и снег забивается в ботинок. Чертыхнувшись, стираю влагу со щёк и быстро преодолеваю оставшееся расстояние до двери. В эту же секунду выходит Эмили: её лицо покрыто алыми пятнами, глаза застилает туманная дымка, но она не кажется расстроенной, скорее довольной и смущённой. Причины её состояния остаются неясными, но от первой догадки меня тут же мутит.
— Всё в порядке? — спрашивает Эмили, вероятно, заметив мои покрасневшие глаза. Я коротко киваю, не доверяя собственному голосу, и прячу подбородок в колючий шарф. — Мы можем идти? — меняет тему подруга, и я вновь быстро киваю головой, подхватив её под руку.
Краем глаза я вижу, что Крис так и не уехал с парковки, хотя дорога уже свободна. Мне хочется повернуть голову и словить его взгляд через расстояние, разделяющее нас, но вместо этого лишь отворачиваюсь и ускоряю шаг.
***
— Мне нужно купить что-нибудь для Генри на Рождество, — говорит Флоренси, когда мы оказываемся в тепле торгового центра. Вокруг царит предпраздничная атмосфера, в воздухе пахнет горячим шоколадом и хвоей. Недалеко от эскалатора стоит огромная наряженная ель, огни на ней ярко переливаются и отбрасывают яркие блики на пол. Магазины и лавки украшают сияющие фигуры Санта Клауса, оленей, блестящая мишура и гирлянды, а вывески кричат о предпраздничных скидках.
Но, несмотря на атмосферу, рождественского настроения абсолютно нет: праздник подкрался незаметно и поблек на фоне нарастающих проблем. Единственной отдушиной является возможность провести Рождество с отцом.
