С того света полностью

– Ходят слухи, что после этого бесплодным удается зачать, – объясняет Игнас и ведет внука к могилам знаменитых писателей Жана де Лафонтена, Мольера, Оноре де Бальзака, Альфреда де Мюссе, Марселя Пруста, Оскара Уайльда.

– Согласись, писателю трудно мечтать о лучшем соседстве…

В этот момент появляется Джим Моррисон, провоцирующий встречных своим нелепым видом и насмешливой гримасой. При виде двух мужчин он пожимает плечами. На своей могиле он показывает язык камере наблюдения, хватает воображаемую гитару и поет The end.

Игнас в восторге от этого импровизированного концерта только для них двоих. Габриель тоже слушает, но вид у него скорбный.

– Ты все еще удручен собственной кончиной? – спрашивает его дед.

– Как будто ты на моем месте относился бы к этому по-другому! Кроме твоего «ищите женщину», есть какие-нибудь еще слухи, которые помогли бы найти моего убийцу?

– Не слухи, а дополнительные сведения и одна догадка.

– Выкладывай.

– Твой брат… Помнишь, как в детстве вы пытались изобрести машину для бесед с мертвецами? Как она у вас называлась?

– Некрофон.

– Не знаю, связано ли это с твоей историей, но в ходе расследования я выяснил, что год назад Тома приступил к его изготовлению. Можно подумать – конечно, я немного забегаю вперед… Можно подумать, что он знал, что скоро появится возможность опробовать это изделие.

– Я поговорю об этом с Люси.

– Сначала мы должны сообщить ей про Сами Дауди. Я только что из Женевы. Думаю, найти там его след будет нетрудно.

Они летят на юго-восток. По пути Габриель размышляет о своем брате-близнеце. Он вспоминает, как сначала они крепко любили друг друга, а потом возненавидели. Какой прочной оставалась их ментальная связь. Какими разными они всегда были и как друг друга дополняли.

«Неужели Тома мог желать моей смерти просто для проведения одного из своих научных экспериментов?»

Следующая его мысль и вовсе несуразна:

Или чтобы, наконец, толком со мной поговорить?

Многие ученые пытались воскрешать мертвецов методами науки. Среди них Джованни Альдини, профессор физики в Болонье и племянник Луиджи Гальвани, обнаружившего в 1780 г., что, воздействуя током на нерв лягушачьей лапки, можно заставить ее дергаться, и изобретшего заодно гальванометр.

Альдини был уверен, что электричество является универсальной энергией жизни. Отсюда его решение воскрешать с его помощью человеческие трупы.

Совершая турне по королевским дворам Европы, он демонстрировал захватывающие опыты. Австрийский император под впечатлением от них произвел его в рыцари Ордена железной короны и назначил членом самых престижных академий наук.

18 января 1803 г. Альдини решился на эксперимент, которым прославился среди уважаемых членов лондонского Королевского медицинского колледжа. Подспорьем ему послужил труп 26-летнего Джорджа Форстера, британского убийцы, приговоренного к казни за убийство жены и ребенка. Преступника вздернули в тюрьме Ньюгейт, но тело предоставили Альдини для опытов.

В присутствии коллег ученый прикрепил к рукам трупа электроды и включил ток. Рот и глаза трупа тут же открылись, при этом зрителей охватил испуг, некоторых стошнило, некоторые потеряли сознание.

Довольный тем, что заворожил зрителей, Альдини не остановился на достигнутом. Один электрод он присоединил к уху Форстера, другой ввел в задний проход. В этот раз электрический разряд был сильнее. На глазах у остолбеневших английских ученых и под их рукоплескания труп задергал руками и ногами, как в неуклюжем танце. Этот эксперимент вдохновил английскую романистку Мэри Шелли на создание «Франкенштейна».