Эйрик велел своим людям напасть на них. Несколько воинов бросились к Аслаку Лысому и стали наносить ему удары по голове мечами и секирами. Им казалось, что ничего хуже для него и быть не может. Но, как рассказывают, людям казалось, что когда они наносили удары, с головы у него только пыль летела, а никакого вреда они ему так и не причинили. Аслак наносил ответные удары. Одних он убил, других ранил. Говорят, что так продолжалось некоторое время. Тогда Вигфусс, сын Глума Убийцы, схватил огромную наковальню, которая стояла на палубе корабля. На этой наковальне он заклепывал рукоять своего меча. Он поднял эту наковальню обеими руками и бросил в голову Аслаку Лысому. Она застряла у того в мозгу, и он тотчас рухнул замертво. Вагн продвигался вперед вдоль другого борта и решительно расчищал себе путь. Люди падали справа и слева от него. Многих он убил, а некоторых смертельно ранил. Тогда воины побежали от него по кораблю, и никто не хотел оказаться рядом с ним. Вагн яростно преследовал их и убивал каждого, кого настигал его меч. Никогда еще не бывало на свете такого храброго воина. Так продолжалось некоторое время, и никто не решался встать у него на пути. Тогда Торлейв Скума бросился навстречу Вагну и нанес ему удар дубиной. Удар пришелся по шлему, но шлем не треснул. От этого удара Вагн потерял равновесие. Однако когда Вагн пошатнулся, он успел нанести Торлейву удар мечом и ранил его в живот. После этого Вагн перепрыгнул с корабля Эйрика на свой корабль. Вагн и Аслак так очистили Железный Борт, что на нем осталось очень мало людей, способных держать оружие. Некоторые были ранены и не могли больше сражаться. Очень много людей Эйрика было убито. Тогда Эйрик велел воинам, которые были на других кораблях, переходить к нему на Железный Борт, пока он снова не заполнился людьми. Потом между Эйриком и Вагном завязалась жестокая битва. Так же сражались все йомсвикинги и воины Хакона.
Эта битва стала самой знаменитой, и никогда еще датчане не обретали такой славы в битве с норвежцами, поскольку разница между ними в силах была настолько велика, что на одного датчанина приходилось пять норвежцев. А кроме того к ярлу и его сыновьям в течение всего времени, пока эта битва продолжалась, подходили подкрепления. Однако это не принесло ярлу большой пользы, пока йомсвикингам нужно было сражаться только с людьми, потому что удача в этой битве была на их стороне. Йомсвикинги наступали на ярла, его сыновей и все их войско так решительно, что этому можно было только подивиться. Они причинили много вреда своим врагам, и справедливо говорят, что редко им удавалось промахнуться, когда они наносили удары мечами, метали копья или пускали стрелы. Важные события следовали одно за другим, и люди непрерывно гибли или получали раны. Для ярла, его сыновей и всего их войска эта битва оказалась тяжелой, потому что пало много их воинов, и никто не мог подсчитать, сколько норвежцев тогда погибло.
А йомсвикинги потеряли мало людей. Многие в войске ярла и его сыновей были ранены. Одни лишились ног, а другие рук. Мало осталось норвежцев, которые не получили бы раны. Норвежцы наступали так яростно и храбро, что этому можно было только подивиться. Однако лучшими воинами были Буи, Вагн и их люди. Похоже было, что тем, кто бился с ними, пришлось хуже всего.
Хакон-ярл увидел, как обстоит дело, и понял, что так продолжаться больше не может. Ярл и его люди не хотели больше сражаться и стали отводить свои корабли к берегу. То же самое сделал Эйрик. Он стал отступать к берегу от Вагна и его воинов. Когда все норвежские корабли, на которых оставались люди, причалили к берегу, в битве наступил перерыв.
Когда Хакон-ярл встретился с сыновьями, они стали беседовать, и Хакон сказал:
– Я вижу, что удача в этой битве не на нашей стороне. Мне не хотелось сражаться с этими людьми, однако именно так случилось. Я часто принимал участие в битвах и подвергался опасностям, но никогда прежде не имел дела с такими воинами. Сейчас мы убедились в том, о чем прежде только слышали, и увидели, насколько они превосходят прочих людей своей отвагой и храбростью и как трудно с ними сражаться. Нам не придется биться с ними второй раз, если мы сможем что-то придумать.
Сыновья Хакона-ярла согласились с этим. Тогда Хакон-ярл сказал:
– Сейчас вы останетесь с войском, потому что будет неразумно, если все предводители покинут своих людей. Мы не можем быть уверены в том, что они не нападут на нас. А я один сойду на берег с несколькими людьми.
