— Я-а-а… и не знал, Кристиан, что ты в городе, — растерянно проговорил банкомет.
Он уже смирился с тем, что сегодня ему страшно не везет.
— Ты, наверное, уже забыл, что кое-что задолжал мне?
— Я помню-помню, но сейчас у меня нет таких денег, — залепетал банкомет, пытаясь спрятать карабин за спину, как будто это что-то могло изменить в сложившейся ситуации.
— Конечно же, я мог позволить своему приятелю расправиться с тобой, — сказал Кристиан, — но думаю, он не злопамятен, как и я.
— Так что мне делать? — спросил банкомет, глядя то на Кристиана, то на Ретта.
— Я думаю, я смогу на время забыть о твоем долге, — великодушно предложил Кристиан Мортимер, — но за это ты должен исчезнуть из Клостер-Тауна и, желательно, навсегда.
— Но Кристиан, я же не могу решать все сам. За мной стоят люди.
— Это твои проблемы. С ними разберешься сам. И кстати, дай сюда карабин, а то чего доброго задумаешь стрелять из-за угла.
Банкомет положил карабин на подоконник, боясь подойти поближе к Кристиану Мортимеру и, пугливо оглядываясь, засеменил по улице, спеша как можно скорее скрыться с глаз.
— Ну как, Кристиан, у тебя дела? — спросил полковник Брандергас.
— Отлично. Я присмотрел местечко, где мне стоит обосноваться. Тут казино чудесное с мягкими креслами. Ты же знаешь, Чарльз, я люблю играть с комфортом.
— Да, мы тоже нашли себе стол. Правда, он немного поскромнее, но для начала, думаю, сойдет. А потом мы все соберемся за одним столом и будем играть в покер. Ведь покер, Кристиан, это настоящее искусство, а мы все художники.
— Я согласен, что покер это искусство, если играть в него честно.
— А кто тебе сказал, Кристиан, что мы собираемся жульничать? — рассмеялся полковник Брандергас.
— Я не имел в виду нас. Но не забывайте, здесь крутые нравы и многие любят играть в покер с ружьем в руках.
— Но и ты в этом не промах, — полковник Брандергас похлопал по плечу своего молодого Друга.
Кристиан Мортимер болезненно поморщился и еле сдержал приступ кашля.
Шериф, как всегда подоспел уже после того, как все произошло. След банкомета давно простыл. Клод Бергсон, поигрывая тростью со сверкающим набалдашником, приблизился к четырем беседующим мужчинам. Он приподнял шляпу и представился Кристиану Мортимеру, тот назвался в ответ, но протянутая рука шерифа повисла в воздухе.
Кристиан спрятал свои руки за спину и очень вежливо ответил:
— Извините, шериф, но я никогда не пожимаю рук.
Шериф недоуменно пожал плечами и спросил, хорошо ли обосновались полковник Брандергас и Ретт Баттлер.
— Спасибо, шериф, жилье отличное. Но, по-моему, в вашем городе все-таки чего-то не хватает.
— Чего же именно? — удивился мистер Бергсон.
— Здесь не хватает ипподрома, — сказал Ретт Баттлер.
— А что, это идея, — оживился шериф. — Стоит только кинуть клич, а деньги найдутся, любителей конных заездов здесь хоть отбавляй. Вашу идею, мистер Баттлер, стоит обсудить на городском совете.
— Вот и прекрасно. Обсудите, будет о чем поговорить, а то у вас в городе жизнь какая-то сонная.
И тут же как бы в опроверженье слов Ретта Баттлера на углу площади прогрохотало два револьверных выстрела.
Все пятеро мужчин резко повернулись и положили руки на свои револьверы.
Хватаясь рукой, все еще сжимавшей оружие, за простреленную грудь, мужчина в белой рубашке и широкополом сомбреро пытался удержаться на ногах. Перед ним стояли двое ковбоев с желтыми платками на шее. Раненый судорожно пытался вскинуть револьвер и прицелиться в своего обидчика. Но тут же прогрохотало еще два выстрела, и мужчина в сомбреро замертво упал в горячую пыль.
— Я же говорил тебе, не поднимай руку, — процедил один из ковбоев, опуская револьвер в кобуру.
Шериф смотрел на происшедшее абсолютно спокойно, на его лице не дрогнул ни один мускул.
— А тут для полиции настоящее раздолье! — воскликнул полковник Брандергас.
Шерифу ничего не оставалось делать, как окликнуть ковбоев. Те нехотя обернулись на окрик представителя власти.
Но вдруг один из ковбоев радостно воскликнул:
— О, да тут Кристиан!
И ковбои направились к мистеру Мортимеру, минуя шерифа.
— Что произошло? — спросил Кристиан.
— Да понимаешь, Кристиан, этот ублюдок, — один из ковбоев кивнул в сторону мертвого, — обозвал меня лжецом. А ты же знаешь, что я никогда не лгу.
— Да, серьезное обвинение в твой адрес, Чак.
И обратившись к своим друзьям, Кристиан Мортимер сказал:
— Позвольте вам представить двух изощренных в боевых искусствах людей. Вот это — Чак, а этот поменьше — Билли.
Он явно не церемонился с ковбоями в желтых повязках. Те сбросили шляпы и поклонились друзьям Кристиана, как будто бы в шаге от них и не стоял шериф округа со своей тростью. Ковбои с желтыми платками на шее раскланивались так, как будто встретились на прогулке.
На звуки выстрелов вышел на крыльцо и начальник городской полиции Джек Добсон. Он не спеша подошел к двум ковбоям и поинтересовался:
— Чак, Билли, что произошло?
— Все было законно, Джек, — принялся оправдываться более молодой, — он назвал меня лжецом, и мне ничего не оставалось, как выстрелить в него, защищая свою честь.
