Никакой змеи в комнате не было обнаружено. И однако едва был потушен свет, г-жа Бхат снова увидела кобру у своей постели. Почти немедленно змея приняла образ Субраманиама, каким его изображают на иконах. Ей показалось, что он парит над ней. Затем, пронзив ее грудь своим копьем, он увлек ее за собой.
Вскоре она оказалась вместе с ним на вершине высокого каменистого холма. Она опустилась перед ним на колени и коснулась его ног руками и лбом, а он заговорил с ней. Он спросил, хочет ли она остаться с ним или вернуться в мир. Она поняла, что это означает выбор между жизнью и смертью. Вспомнив о своем муже и маленьких детях, она ответила, что хочет вернуться.
Он продолжил беседу и в конце концов сказал: «Ты исцелена и вскоре окрепнешь. Всю твою жизнь я буду твоим защитником. Когда бы ты ни подумала обо мне, я буду рядом. А теперь возвращайся».
«Как?» — спросила она.
Он указал на длинную, узкую, извивающуюся лестницу, открывшуюся у ее ног, и проводил ее вниз. Она принялась спускаться… Затем в ее сознании совершился перерыв и, наконец, она обнаружила себя лежащей в своей постели. Она немедленно разбудила свекровь и рассказала ей о том, что видела. Когда муж вернулся домой, она рассказала это и ему. Но, считая свое видение священным, она не рассказывала о нем никому, за исключением ближайших родственников.
После той ночи силы быстро возвратились к ней, и все признаки рака исчезли. Вскоре она встала с постели и принялась вести нормальную жизнь. Единственным отличием от прошлого было, что теперь в добавление к домашним делам и религиозным служениям она посвятила себя благотворительной работе. Бог возвратил ее к жизни, и она преисполнилась решимости отслужить ему это благодеяние по мере сил.
Двадцать лет спустя супруги Бхаты впервые услышали о Саи Бабе и отправились в его ашрам. И он сказал г-же Бхат: «Я беседовал с тобою двадцать лет назад».
Пораженная, она сказала: «Нет, Свами, я в первый раз у вас».
«Да, да, но я приходил к тебе, когда ты жила в Майсоре». И он назвал улицу и город, где она жила во время своего заболевания раком и когда у нее было видение Субраманиама.
Затем он провел ее вверх по узкой извивающейся лестнице, которая вела в его квартиру наверху, и велел ей посмотреть вниз. Она немедленно узнала ту самую лестницу, по которой спускалась после встречи с Субраманиамом. В самом деле, лестницы совпадали до мельчайших деталей. Она была совершенно сбита с толку. Чтобы помочь ей понять, в чем тут дело. Баба извлек из воздуха фотографию, на которой он был изображен на колеснице Субраманиама с обвившейся вокруг него коброй. Она поняла, что Бог может принять любой образ: Он пришел к ней 20 лет назад в образе почитавшегося ею Субраманиама. Ныне Он стоял перед нею в образе Саи Бабы. Она упала к его ногам, плача слезами радости.
Г-н К. Рамачандран был в момент, когда я впервые встретился с ним в ашраме Бабы, заместителем главного инспектора отдела взрывчатых веществ министерства обороны.
Он рассказал мне, что несколькими годами ранее столкнулся со множеством семейных проблем, в результате чего принялся часто посещать гробницу Ширди Бабы и стал его пылким приверженцем.
Позднее он услышал, что этот великий святой реинкарнировал в Путтапарти и известен под именем Сатья Саи Бабы. Что ж, подумал он, вероятно, еще один самозванец, пытающийся заработать на имени великого святого.
Немного погодя, однако, он прочел в газетах сообщение о том, как Сатья Баба исцелил человека от паралича, взяв болезнь на себя, а затем исцелился сам на глазах огромной толпы в день праздника. Он решил тогда, что Сатья Баба должен быть по меньшей мере настоящим святым — возможно, настоящим махатмой.
Когда один из членов его семьи принес застекленную фотографию Сатья Бабы и поместил ее на домашний алтарь, Рамачандран разрешил ее там оставить. Через два или три дня он обнаружил на стекле фотографии пепел. Он вытер его. Но во время богослужения он своими глазами увидел, как на стекле формируется пепел. Поначалу он выглядел, как туман, затем сконденсировался в капли жидкости молочного цвета, которая, высохнув, стала пеплом.
Может быть, подумал он, в этом стекле или рамке содержится что-нибудь особенное, что вызывает странную реакцию. Он проверил их в химической лаборатории, но они оказались вполне обычными. Тем не менее, он сменил их. И все же пепел продолжал формироваться на новых стекле и рамке.
Однажды приятель принес в дом другую фотографию Сатья Саи. Эта не была застеклена. С позволения Рамачандрана он поставил ее на алтарь и отправился домой. Но прежде чем он мог дойти до ворот, Рамачандран позвал его назад. Глаза молодого человека широко раскрылись, когда он увидел пепел, формирующийся на фото, которое он только что принес.
«Я не вполне верил в эту историю раньше, — признался он, — но теперь я вижу, что это правда».
Эти события привели Рамачандрана к решению встретиться с Сатья Бабой. Вскоре после этого он почувствовал отвращение к своей привычке курить и поклялся, что не будет курить, пока не поговорит с Бабой.
