Сходным образом двигалось в середине X в. и посольство Отгона Великого, о котором
известно, что оно, пройдя через Францию, прибыло в Барселону, а оттуда через Тортосу
направилось в Кордову [171, т. 4, с. 370-371]. Часть рабоъ-сакалиба тоже вели через
Барселону; в одном подарке графа Барселоны андалусскому халифу ал-Хакаму И (961-976) было двадцать молодых евнухов-саколнба [277, т. 4, с. 145].
Именно так, как представляется, выглядел путь, по которому по-лабские и поморские
славяне, обращенные в рабство в результате пленения или каким-либо иным способом, попадали в Андалусию. Другой крупный центр работорговли находился южнее, в Чехии.
О работорговле в средневековой Чехии впервые узнаем мы из уже упоминавшегося выше
таможенного установления Раффельштеттена 903-906 гг. Есть, правда, основания
полагать, что установление фиксирует порядки более ранних времен, поскольку его
составители ссылаются на нормы, действовавшие при Людовике Немецком (843-876) и
Карломане (876- 880) [162, т. 2, ч. 2, с. 250]. Вообще о работорговле в установлении
говорится довольно много, что указывает на ее важную роль в экономической жизни
региона. Мы узнаем, что часть рабов привозилась туда с запада, из Баварии, на судах по
Дунаю [162, т. 2, ч. 2, с. 250-251]. Наиболее интересен для настоящего исследования
шестой параграф установления. В нем речь идет о славянских торговцах из Чехии и Руси6, привозивших в Раффельштеттен и подунайские территории вокруг Линца воск, лошадей и
Невольников [162, т. 2, ч. 2, с. 251]. Об истории работорговли на Руси мы поговорим
позднее; сейчас же следует отметить, что положения Раффельштеттенского установления
хорошо согласуются с данными нашего следующего важнейшего источника - сообщения
Ибрахима Ибн Йа'куба. Путешественник относит к статьям чешского вывоза рабов, олово
и меха, добавляя затем, что все, в том числе пшеница, рабы, лошади, золото и серебро, продается в Чехии по низким ценам [232, с. 332].
Наряду со славянскими в установлении упоминаются и иудейские купцы [162, т. 2, ч. 2, с.
252]. Они предстают здесь опять-таки как работорговцы, причем рабы являются
единственной статьей их торговли, упомянутой в установлении. Из пункта о торговцах-
иудеях можно сделать двойной вывод: во-первых, купцы-рахданиты в IX - начале X в.
торговали в Баварии и Австрии, во-вторых, в документе говорится об иудеях не только из
Баварии (de istapatria), но и из других местностей (de aliis partibus). Следовательно, местный рынок <живого товара> не стоял в стороне от основных путей работорговли.
Сведения, которые дает нам Раффельштеттенское установление, относятся ко второй
половине IX - началу X в., информация Ибрахима Ибн Йа'куба - к середине X в. Важным
центром работорговли была Чехия и в последующие времена. Известно, что знаменитый
христианский мученик конца X в. Адальберт не принял титул епископа Праги, объяснив
свой отказ в частности тем, что пражане продавали иудейским работорговцам
христианских рабов и пленников, а он не имел возможности выкупить их из неволи7, хотя
и выделил специально для этого четверть своего имущества [171, т. 15, с. 1179].
Из Чехии торговые пути могли вести работорговцев в нескольких направлениях. Одно из
них вело на север, где важным промежуточным пунктом был Магдебург, о роли которого в
работорговле говорилось выше. Об использовании пути между этими городами мы знаем
по рассказу Ибрахима Ибн Йа'куба. Двигаясь от Магдебурга, путешественник приводит
следующий маршрут: Магдебург - Кальбе - Ниенбург - Галле, именуемый Ибрахимом
<соляной копью иудеев>8, - Вюрцен - Мост - Прага. Разумеется, этот путь мог быть
использован и в обратном направлении. Довольно близко лежала и другая дорога - из
Праги, через Усти-над-Лабем и Пирну. Усти-над-Лабем также был одним из перевалочных
пунктов невольничьих караванов, о чем мы узнаем из таможенного установления 1057 г.
[531, с. 70]. Попав в Пирну, работорговцы двигались далее, видимо, через МаЙссен и
Вюрцен, достигая, как и в предыдущем случае, Магдебурга. Из Магдебурга же рабы
отправлялись в Верден по рассмотренному выше пути.
Кроме Магдебурга основными торговыми партнерами Праги были Регенсбург, Пассау и в
меньшей степени Нюрнберг [531, с. 65-67]. К расположенным на Дунае Регенсбургу и
Пассау следует, видимо, добавить Лорх (Эннс), фигурировавший, как отмечалось выше, в
эдикте Карла Великого как один из городов, через которые германцы поддерживали
торговые отношения со славянским миром. Условия торговли в этой местности известны
по уже упоминавшемуся выше таможенному установлению Раффельштеттена. Чешские и
иудейские купцы направлялись через лесные массивы на юг, достигали Пассау или
Раффелыитеттена и либо оставались там, либо двигались далее. Немецкие торговцы, в
свою очередь, приходили из Баварии и также могли двигаться дальше, в сторону Моравии.
Путь, по которому двигались проданные в рабство в этой местности рабы, восстановить
сложно: нет никаких документальных свидетельств, и историку остается уходить в
область предположений. Весьма вероятно, что часть рабов двигалась в Германию, где