Конечно, кубинцам не хотелось ворошить это мутное дело, да еще с перспективой, что бандит Гершович мог оказаться сыном полковника.
Общаясь со следователем, Людмила Сергеевна узнала, как зовут вдову Диего и где она работает. Это был последний шанс.
И тут пошла суета – Элегуа захлопотал, захлопал дверями, закрывая одной женщине полковника все пути к другой женщине полковника. Он искривлял пространство, разводил временные мосты, открывал одни порталы и закрывал другие. Он не мог допустить, чтобы Милка встретилась с Эленой, которой и так уже досталось. Тем более, что богу хорошо было известно – Элена ничего не знает о Гершвине.
Милка пыталась добраться до отеля «Капри», и всякий раз то такси не приходило по вызову, то ломалось по дороге. А когда добраться удавалось, Элены не оказывалось на рабочем месте, а телефон и адрес Милке, конечно, не давали. А то вдруг Элена уехала на другой конец острова в командировку, а куда именно и когда вернется, Милке в отеле сообщить отказались. Наконец ей позвонил Хорхе, которому, конечно, доложили. Он попросил Милку не беспокоить бедную вдову – она ничего не знает о судьбе Гершовича и даже не подозревает о его существовании. Милка поверила и спросила только, где могила Диего.
На главном гаванском кладбище имени Колумба, напоминавшем больше музей мраморной скульптуры под открытым небом, она не без труда нашла фамильный склеп плантаторов, по виду напоминавший миниатюрный готический собор из желтого камня размером с дачу ее родителей на «Каролино-Бугазе». По сторонам трехметровой чугунной двери с литым орнаментом высились колонны, а по углам здания застыли в карауле два симметричных ангела с большими крыльями. Милка положила букетик к порогу усыпальницы, поборов сомнение, что за запертой дверью действительно лежит тот мальчик, которого она знала. Стоя перед этим памятником архитектуры, Милка не плакала, потому что не видела могилы и вообще как-то не верила в реальность этого места и возможность того прошлого.
Ничего не добившись, а только измучившись, Людмила Сергеевна вернулась на остров Сент-Китс.
Однако, несмотря на все старания Элегуа, в слежавшуюся стопку вариантов затесались несколько тысяч таких, где две женщины полковника все же встретились. Как же это могло случиться против воли бога всех путей и всех начал? А так – чего только не бывает. В нескольких квадриллионах миров не бывает даже самого Элегуа. Только бог-творец Олодумаре всегда был, есть и будет, но и это не точно.
Так вот, они встретились на кладбище имени Колумба. Хороший вариант.
Милка шла среди крылатых беломраморных фигур и издали приметила колонны, высокую чугунную дверь и ангелов по углам склепа из желтого камня. Так ей описал усыпальницу плантаторов генерал по имени Хорхе. Дверь была открыта, и Милка остановилась и ждала, не приближаясь. Вскоре элегантная сеньора показалась из темного нутра, щурясь на свет. С усилием она задвинула массивную дверь и два раза провернула в замочной скважине большой ключ сказочного фасона. Милка не глядя положила принесенный букет на чье-то надгробие и двинулась вслед за фигурой, бредущей среди ангелов. Милка всматривалась, но видела только спину: это она, та, что отняла у нее Диего? Та, к которой он уплыл? Разве теперь разглядишь в этой грузной сеньоре ту давнюю сеньориту? Да и в Милке-то самой можно ли узнать девчонку со стаканом портвейна в одной руке и арбузной коркой в другой?
– Вы Элена? – окликнула Милка по-английски.
– Да… – удивилась сеньора.
– Соболезную вашей утрате.
– Благодарю… Мы встречались?
Элена смотрела с тревожным вниманием.
– Нет. Я не отниму у вас много времени, – заторопилась Милка. – Прошу, выслушайте, это важно для меня.
– Если у вас претензии к отелю, приходите туда, мы всё обсудим и всё решим, не волнуйтесь.
– Нет-нет, у меня личный вопрос. Ваш муж и мой сын – они встречались, и мой сын пропал.
Элена не понимала.
– Пропал? Кто пропал?
– Мой сын Георгий Гершович. Вы знали его?
– Нет.
– Он был на Кубе и встречался с вашим мужем как раз незадолго до его кончины, и с тех пор я о сыне ничего не знаю.
– Ничего не понимаю. Вы в чем-то подозреваете моего покойного мужа?
– Нет, что вы! Я просто ищу сына! Просто ищу! И я подумала, может быть, вы что-то знаете о нем.
Милка не собиралась сейчас открывать, что ее сын – это сын полковника. После такого открытия Элена вряд ли продолжила бы разговор, а Милке нужно было только одно – выудить хоть что-то о судьбе Геры, хоть намек.
– Нет, я ничего не знаю о вашем сыне, – сказала Элена настороженно. – А почему вы вообще решили, что мой муж встречался с ним?
– Я точно знаю. Они звонили мне вдвоем из дома вашего мужа.
– Вдвоем? Как вдвоем? Почему?
– Сын позвонил и сказал, что познакомился с Диего Альваресом и находится у него. У них было какое-то дело.
– Какое дело?
– Не знаю. Сын дал трубку вашему мужу.
– И что он сказал?
– Он… сказал – приятно познакомиться. Просто дежурные слова. Это было двадцать седьмого апреля, и после сын больше не звонил. До сих пор неизвестно, где он.
